Номер 22 (1069), 17.06.2011

ГЕОРГИЙ ГОРОДЕНКО:
"ЛОБАНОВСКИЙ БЫЛ ТАЛАНТЛИВ
ВО ВСЁМ"

Недавно известному советскому вратарю, заместителю председателя Федерации футбола Одесской области Георгию Борисовичу Городенко исполнилось 75 лет. Он был среди тех, кто в 1964 году вывел "Черноморец" в когорту сильнейших команд Советского Союза.

Много хороших футболистов играли в "Черноморце". Одесские болельщики могли восхищаться их мастерством, но любили далеко не всех. Среди тех немногих, кто удостоился искренней любви, был и Жора Городенко. К нему и на стадионе, и на Соборке относились с самой большой симпатией. Пусть даже была она с определенной долей иронии. Впрочем, из одесских вратарей этой самоиронии избежал разве что Роменский.

С Георгием Борисовичем Городенко мы беседуем после открытия мемориальной доски на здании одесского политеха, посвященной Валерию Васильевичу Лобановскому, выпускнику этого вуза. Говорим о Лобановском.

Городенко вспоминает первый матч чемпионата Советского Союза 1965 года в Тбилиси против чемпиона страны "Динамо". "Черноморец" вел. И в наши ворота был назначен 11-метровый. Бить собрался Слава Метревели. Лобановский подошел к Городенко и кое-что посоветовал. Городенко взял пенал!

- Мы проиграли все-таки. Психологически и морально не были готовы к такому матчу в Тбилиси.

Целеустремленность у Лобановского была абсолютная во всех вопросах. Даже в разговорах житейских, если он какую-то линию выбрал и мнение какое-то у него есть, то никак невозможно было его свернуть с пути, уговорить или доказать что-то. Потом уже, работая как тренер, он все отметал в сторону, у него была цель. И вот так он к ней упорно шел по прямой.

- Рассказывал ли вам тогда Лобановский о конфликте с тренером "Динамо" Масловым?

- В общем-то мы знали ситуацию, это же футбольная жизнь. Разговоры были. Но на эту тему разговоров с Валеркой никогда не было.

- Говоря о Лобановском, нельзя не сказать о его угловых.

- Да, Лобановский и его "сухой лист". После тренировки он подходил ко мне, говорил: давай, останься. И еще минут двадцать- тридцать он крутил, и крутил, и крутил. Толя Колдаков иногда оставался. Он в штрафной, а я с ним в борьбе.

- То есть все время с левого фланга атаки правой ногой?

- Да, подавал он справа от вратаря.

- В "Черноморце" вскоре после Лобановского появились Aазилевич и Каневский. Чувствовалась киевская связка?

- Конечно. За счет этой связки мы и играли впереди. Наши хавы поддерживали их, а на них опора была.

- Как вы оказались в "Днепре"?

- В "Черноморце" у меня сложились напряженные взаимоотношения с Юрием Николаевичем Войновым, и я в 66-м ушел в "Днепр". Год там играл у Анатолия Федоровича Зубрицкого. И вдруг в конце сезона, когда нам предстояла поездка заграницу, в Польшу, приходим на тренировку, а нам представляют нового тренера - Валерия Васильевича Лобановского.

Он после "Шахтера" из игроков сразу же перешел на тренерскую работу в "Днепр".

- В "Шахтере" у него тоже был конфликт с тренером, с Ошенковым.

- Да. По характеру Валерка был упертый, целевой слишком. И его свернуть невозможно было. Какому тренеру это понравится...

- Он же сам потом говорил, что тренер Лобановский игрока Лобановского не стал бы терпеть.

- Конечно же. В "Днепре" я еще год с ним проработал под его тренерским началом. А потом уже мне тридцать шесть, собираюсь заканчивать. Говорю: "Валерочка, я домой собираюсь ехать. Я в "Днепре" ни квартиру не брал, ничего". А он мне говорит: "Оставайся работать со мной тренером. Будешь работать пока с вратарями". У него тогда возникло понимание, что с вратарями должен работать вратарь, который знает их специфику.

Лобановский одним из первых начал вводить интенсификацию тренировочного процесса. У меня тренеры были Зубрицкий, Горохов, Бобров, Войнов. У них тренировка меньше двух-двух с половиной часов никогда не бывала. Дальше уже некуда. Лобановский же ввел интенсивность тренировочного процесса. Он сжимал время с наибольшей пользой. Более того. После тренировки сегодняшней нам зачитывался конспект завтрашней тренировки. Процесс шел постоянно и напряженно. Упражнение за упражнением. Он был родоначальником в этом деле. Потом они с Олегом Базилевичем разработали интересную программу. Эта интенсивность тренировочного процесса была непонятна и сложна для ветеранов, которые привыкли тренироваться по старинке.

- Позднее вы встречались с Валерием Васильевичем?

- Потом уже, после Союза, когда он был тренером сборной Украины, мне приходилось ездить в Киев, в федерацию. Встречался там с ним.

- Узнавал он? Я не внешне имею в виду. Бывает, вчерашних знакомых люди перестают узнавать.

- Узнавал ли? Иду по коридору, там пишется на дверях: "Главный тренер сборной Украины Валерий Васильевич Kобановский". Стучусь, открывает. Он опешил. "Здравствуй, как дела?" Разговоры пошли. Отодвигает ящик стола, достает стаканы и бутылку коньяка. Я говорю: "Валера, подожди, у меня еще дела в федерации". - "Какие дела?! Ты что? За память, за отношения. Тебе спасибо, что меня приняли в свое время в команде".

Лобановский - это был человек футбола. И талантливый во всём.

Беседовал Борис ШТЕЙНБЕРГ.

Фото Л. БЕНДЕРСКОГО.