Номер 49 (794), 16.12.2005

МЫ БУДЕМ ПЕТЬ И СМЕЯТЬСЯ, КАК ДЕТИ! В КАБАРЕ У ЛЕВИНЗОНА

Вы бывали когда-нибудь в кабаре? Нет, я имею в виду не рестораны, коих сейчас на земле обетованной расплодилось больше, чем было павильонов "Ягодка" в средней полосе России, в которые зазывают нас громкими объявлениями, типа: "Лучшее шоу в Израиле! Знаменитая танцевальная группа "Хромые дегенераты!", и придя куда, вы сходите с ума от безвкусицы еды и зрелища, от надоевших однообразных кабацких песен, от дикого шума, не дающего возможности поговорить с любимым мужчиной, и от тех самых "Хромых дегенератов", которые гордо именуют себя шоу-балетом.

Я говорю о настоящем кабаре, где зрелище, как и должно быть в театре, на первом месте. И где оно – это зрелище – действительно с полным правом может называться шоу. Ибо оно ярко, остроумно, талантливо и театрально.

На прошлой неделе в кабаре у Яна Левинзона состоялась премьера новой программы "Кино – наше все!" Признаюсь честно, более талантливого спектакля (не побоюсь этого слова!) я в Израиле не видела. Действие, которое разворачивается на сцене, захватывает тебя сразу и целиком, ты начинаешь смеяться с самой первой минуты, когда на экране появляется Ленин с лозунгом "Кино – наше все!", и не перестаешь бешено хохотать до самого конца, когда молодой израильтянин с коммунистическим пафосом поет на иврите песни советских трудовых будней.

Режиссер-постановщик спектакля – тот самый знаменитый Борис Салибов, который прославил свое имя в Израиле как бессменный режиссер программы "Семь сорок" – на этот раз превзошел самого себя. Так органично соединить кино, компьютерные технологии, живой балет и песни на двух языках редко кому удается. (Кстати, автор текстов тоже он). Я, было, хотела назвать это представление "капустником", так как по духу, по стилю и по насыщенности искрометным юмором новое шоу тяготеет к этому жанру. Но потом подумала, что слово "капустник" подразумевает некий уровень самодеятельности со всеми своими плюсами и минусами. А это зрелище сделано настолько профессионально, что никакой самодеятельностью и близко не пахнет.

Особо хочу отметить гениально поставленный и блестяще исполненный номер, когда перед нами, сменяя друг друга, танцуют две пары – одна вживую на сцене, а другая – на экране кино. Фрагмент из старого голливудского мюзикла с Фредом Астором смонтирован с живым действием настолько органично, что через какое-то время перестаешь понимать, где кончается экран и начинается сцена.

И конечно, сам Янек, который, не претендуя на лидерство в программе и не заслоняя собой своих молодых партнеров по сцене, шутит, смеется и поет так, как это умеет делать только он один.

И уже когда ты думаешь, что лучше и быть не может, опытная рука режиссера-постановщика наносит тебе последний сокрушительный эмоциональный апперкот: на сцену выходит Евгений Шаповалов. Фрагменты из классических опер, цыганские романсы, советская классика в его исполнении делают свое дело.

Они словно бы омывают твою душу, успокаивают ее после той встряски, которую ты получил, корчась от смеха во время предыдущих фрагментов шоу.

Короче говоря, помните, как у классика: "Любите ли вы театр, как люблю его я? Тогда идите в театр и умрите там!" Идите к Левинзону, господа, и умрите там от смеха и от радости, потому что мы не разучились петь и смеяться, как дети!

Маша НЕРВНАЯ.

"Эхо недели".