Номер 09 (805), 10.03.2006

ПРОГУЛКИ ПО ОДЕССЕ

БАШНИ КОВАЛЕВСКОГО И ДОМА АСВАДУРОВА

Первая была возведена таганрогским купцом Тимофеем Ковалевским в связи с предпринятым им сооружением в городе водопровода, за что ему поначалу присвоили звание почетного гражданина Одессы. Когда вскоре дела его пошатнулись, разорившийся предприниматель бросился с водопроводной башни на скалу. Еще долгие годы спустя высилась на крутом морском берегу 45-метровая каменная тура-башня, служившая для мореплавателей ориентиром и внесенная в лоцию Черного и Азовского морей.

В моей памяти – другая отдельно стоящая башня. Возвышалась она на Старобазарной площади (на пересечении Базарной улицы с Александровским проспектом) и где-то к концу 50-х годов исчезнувшая. Не везет Одессе с башнями! Десятки их, некогда украшавших фасады старинных зданий, либо совсем утрачены, либо выглядят далеко не лучшим образом.

Не сохранилась прекрасная башня величественного здания, известного старым одесситам, как дом Асвадурова.

Одесский купец 1 гильдии, глава фирмы "С.И. Асвадуров и Ко", промышленник 3-го разряда владел табачной фабрикой, расположенной на Успенской, 66, был потомственным почетным гражданином города и ктитором армяно-григорианской церкви. Среди нескольких принадлежавших ему домов самое значительное было на углу Пушкинской и Троицкой...

Башня – весьма многозначный символ, объединяющий в себе подъем, амбиции, силу, бдительность, недоступность, целомудрие.

Башня в Уре халдейском – место рождения Авраама, патриарха и родоначальника иудейской расы. На Востоке широко распространены легенды о башнях, в которых были заключены принцессы. Так, в Баку существует Девичья башня Гыз Галасы; в Казани есть башня с аналогичной легендой – Сюинбекки. В средневековой христианской символике Деву Марию называли "башней из слоновой кости", чистой и неприступной. В искусстве аллегорическая фигура Целомудрия иногда изображалась в башне, так же, как и многие несчастные девушки из волшебных сказок.

Но самая знаменитая башня – Вавилонская, которую строили люди, не имевшие национальных и языковых различий. Строители башни – неведомые древние гиганты – хотели построить путь, лестницу в небо. Башня не была посвящена никакому богу, никакому правителю как, например, египетские пирамиды – посмертные памятники фараонам. Это было строительство, которым первый народ решил увековечить себя перед тем, как исчезнуть. Катастрофа, которой оно завершилось, надолго отвадила народы от возведения башен.

Лишь в средневековье башни стали основным элементом в строительстве укрепленных замков, но никто не пытался повторить проект древних. Башни строились невысокие, чуть превышающие крепостные стены. Много лет спустя после того, как башни перестали выполнять защитную функцию, они сохранились в качестве символов высокого общественного статуса в архитектуре замков долины реки Луары.

Строительство сверхвысоких башен возродилось только в новейшее время. Достаточно вспомнить Эйфелеву башню, которая стала символом Парижа, а также несостоявшийся проект памятника Третьему Интернационалу, принадлежащий архитектору Татлину – своего рода вавилонскую башню спиральной формы, и, наконец, американские небоскребы – новые Вавилонские башни, зримый символ буржуазного процветания.

Разрушенные и заброшенные башни часто становились приютом для изгоев общества. Очевидно, именно здесь следует искать корни популярного, упоминаемого уже, поэтического символа – башни из слоновой кости, которая превращает изгоев в избранных. Эта башня воплощает в себе презрение к Божьему миру, и в некотором смысле, пожалуй, задумана повыше Вавилонской.

В истории русской литературы известна "башня" поэта Вячеслава Иванова – место, где собирались поэты-символисты Санкт-Петербурга. Дом в виде башни построил себе К.Г. Юнг; башню строили и для Эйнштейна, но он не дожил до конца строительства. Человек, уединившийся на башне, находится между землей и небом; он как бы удаляется от мирского и приближается к божественному.

Но недаром сказано: на высокой башне много печального ветра.

Феликс КАМЕНЕЦКИЙ.