Номер 23 (1070), 24.06.2011

КАПИТАН "ЮНОСТИ"

(Окончание. Начало в № 22.)

Спустя полгода туманным декабрьским утром, недалеко от Туапсе, "Щит" подорвался на мине. Взрывом разворотило носовую часть. Погибли двенадцать моряков. Чудом сохранив ход, корабль добрался до своей базы в Поти. Флаг на кормовом штоке приспустили до половины в знак траура по погибшим... Вначале тральщик поставили в док на капитальный ремонт, а после тщательного осмотра решили "пустить на гвозди".

Одних моряков перевели на соседние корабли, других, среди которых оказался Михаил, в морскую пехоту. Ландер попал в команду старшины Петлюка, матерщинника из села на Киевщине. Коренастый, выносливый, он великолепно владел приемами рукопашного боя. Петлюра, как прозвали Петлюка, на тренировках был непомерно жестоким. Особенно доставалось корабельным. Их он ненавидел. На учениях первым бросался в атаку, крича на украинском: "За Вiтчизну". Оглянувшись, нет ли поблизости офицеров, добавлял: "Москаликi та жидки". Начальство пыталось урезонить Петлюка, но ничего не вышло. Не получился и мирный разговор со старшиной у земляка Ландера, торпедиста с поврежденного эсминца по фамилии Розенбойм. Все окончилось дракой: моряк угодил в штрафбат, где вскоре погиб.

В бывшей школе, где жили военные, был спортзал с рингом. В свободное время туда заходил Михаил: дубасил грушу, вспоминая довоенные занятия боксом.

Однажды Петлюра предложил морякам посоревноваться с ним - всего один раунд. Вызвался только Ландер. Он поставил единственное условие, чтобы бой судил рефери. Старшина был против, однако ему пришлось согласиться с офицерами. Судьей назначили доктора, разбиравшегося в боксе. Прозвучал самодельный гонг - "к бою". Через несколько секунд Петлюра рухнул в нокаут. Доктор дал ему понюхать нашатырного спирта. Не помогло. Он вызвал носилки и отправил старшину в лазарет.

Десантники радовались, как дети.

- Такый непрымитный хлопчик, а як дав йому в хлебало! - веселился старший краснофлотец Бондарь.

- Хохол, а доволен! - удивился сосед-москвич.

- Хохлы, як и москали, бывают разные, - мешая украинские и русские слова, ответил Бондарь. - Ты новенький та не чув, що этот скот послал на гибель мого кореша Женьку Розенбойма... Он меня рятував, колы я уходил под воду!

Через день морякам выдали автоматы ППШ, запасные диски, гранаты и десантные ножи. Впервые за два дня появился молчаливый Петлюра, открыл каптерку и снабдил десантников сапогами и касками.

- Завтра побачу, як жиды пидуть на нимцив. Не воны тебе, так я, - не глядя на Ландера, пообещал старшина.

Холодной февральской ночью моряков погрузили на плавсредства и отправили штурмовать Мысхако, рядом с Новороссийском. Михаил очутился на одном катере с Петлюрой. Было еще там сорок ребят.

Они "прогрызли" три ряда колючих заграждений, забросали гранатами немецкие окопы. В траншее завязался смертельный бой. Противник отступил. Десантники закрепились. Они удерживали позицию около суток, потеряв половину людей.

Старшины среди них не было. Перед боем он залег под скалой перед первым заграждением, крича:

- Упэрэд!

Получив приказ отступить, моряки возвращались на катера. Как выяснится позже, это был отвлекающий десант.

Старшина находился под той же скалой. Михаил подошел поближе... В нос ударило зловоние, как из выгребной ямы. Петлюра был жив.

- Вот ты чем фрицев выкурил из окопов? - засмеялся Ландер. - Отмоешься, переоденешься и с новенькой медалькой - на свидание!

- Ты ще не здох, повыдло жыдивське, - старшина навел на него "ТТ".

Миша перестал слышать взрывы мин и снарядов. Только неотрывно смотрел на пистолет. "Сейчас выстрелит", - подумал Ландер и вместо одиночного выстрела услышал короткую очередь.

Петлюра, откинув руку с пистолетом, упал.

- Ты дывысь, - услышал Миша знакомый голос, - патроны кончились.

Ландер оглянулся. Бондарь быстро сменил диск.

- Последний, - он оттащил Мишу от скалы. - Запомни, хлопче, поганкам нет места среди людей!

Через много лет Ландер прочтет у Леонардо да Винчи: "...тот, кто не ценит жизнь, ее не заслуживает".

Петлюка похоронили в братской могиле вместе с погибшими ребятами. Когда освободили Украину, домой отправили похоронку: "Старшина Петлюк пал смертью храбрых в боях за Родину". А Михаила часто изводила одна и та же мысль: если бы он тогда, у скалы, не стал надсмехаться, старшина был бы жив!

После демобилизации Ландер поехал в село, где одиноко жила мать Петлюка - ее муж до войны спьяну повесился. Хотел дать ей денег и сказать хорошие слова о сыне.

Женщина обрадовалась неожиданному гостю. Спросила, откуда приехал.

- Из Одессы, - ничего не подозревая, улыбнулся Ландер.

- Так як же ж ты там жывэш сэрэд жыдив?

Вмиг позабыв о добрых намерениях, Михаил кинулся прочь.

Теперь его будет терзать другая мысль: откуда эта звериная ненависть к евреям в далеком, забытом Богом, селе?

После десанта Ландера вызвал новый командир дивизиона, капитан второго ранга Ратнер.

- Хватит сушить весла, - оторвался от бумаг офицер, - Море - это не хухры-мухры. Пойдешь учиться на штурмана... Твоя мать живет где-то рядом?

- Так точно, в Батуми!

- Вот что. До занятий еще две недели. Поэтому рви, Мишка, в отпуск на десять суток!

После двух с половиной бесконечных военных лет произошла встреча с мамой... Потом усиленные занятия на СКОСах - срочных курсах офицерского состава. Михаил окончил их с отличием, но младшего лейтенанта не получил - в 17 лет не положено! Благодаря рапорту Ратнера командующему Черноморским флотом, Ландеру сразу присвоили лейтенанта! И не только за отличную учебу. К рапорту прилагался боевой послужной список, перечислялись награды: орден Красной Звезды и две медали "За отвагу"!

В начале сорок четвертого Михаила и других моряков отправили на самолетах в Мурманск. Оттуда они полетели через Атлантику в Штаты, на военно-морскую базу Норфолк. Под гимны СССР и США советским морякам передали четыре новых эскадренных тральщика типа "АМ" - Амики! Они были больше "Щита", лучше вооружены и имели новейшее оборудование для борьбы с минами. Особенно моряков восхищали электрические плиты на камбузе в отличие от чадящих керосинок.

Ландера назначили штурманом на корабль, которым командовал его бывший начальник, капитан-лейтенант Левашов. Туда же попала и добрая половина экипажа с родного "Щита".

После недельного обучения в режиме полного радиомолчания, без ходовых огней тральщики пересекли океан. Переходом командовал Ратнер. В Средиземке при свете полной луны итальянские эсминцы попытались их атаковать, но помешали англичане. Турки не препятствовали прохождению Дарданелл и Босфора - боялись советских войск. Всего за две недели добрались до Поти.

Немцы отступали. На прощание оставляли в акваториях портов "подарки" в виде различных мин: акустических, магнитных, контактных и комбинированных. Часто встречались и советские. Вся надежда была на "пахарей моря", как кто-то метко окрестил тральщиков.

10 апреля освободили Одессу. Через два дня тральщик Ландера ошвартовался в Арбузной гавани, "пропахав" фарватер от Тендровской косы до родного города.

Утром следующего дня Михаил вошел в родной двор. На его квартире висел чужой замок. Фамильной медной таблички не было. Побежал к Пружанским. Дверь открыла незнакомая, старая женщина.

- А где Татьяна Ивановна?

Старуха долго вглядывалась в офицера и вдруг разрыдалась:

- Миша, Мишенька, сынок, живой, слава Богу, живой! Не узнал...

Пружанская, еще три года назад молодая привлекательная женщина, рассказала, как дворник Карл выдал ее мужа Изю, которого заживо сожгли в бывших пороховых складах, как ее избивали полицаи за связь с евреем, как блюститель порядка обнаружил в дворовой катакомбе Мишиных друзей детства - Павлика и Галю, сбежавших из гетто, и их повесили на одной веревке на воротах дома. Сообщила, что в его квартире проживают родственники Карла.

Михаил кинулся в дворницкую.

Дворник шел навстречу, протягивая руку.

Ландер, отскочив назад, рванул пистолет.

"Может не он, - думал Миша, - выдать людей на верную смерть? Невозможно".

Вспомнил, как он стоял под дулом "ТТ" Петлюка... Оружие спрятал. В углу комнаты увидел мамино фортепиано с позеленевшими бронзовыми подсвечниками. Мама часто играла любимые вальсы Шопена, иногда пела романсы. Полдвора стояло под окнами... Канделябры на инструменте всегда сияли!

- Вот сохранил, ей Богу, сохранил вашу пианину от грабителей. - Поспешно перекрестился дворник, - ваша мама так душевно игра...

Ландер кинулся к Карлу и бил его, пока не свалил. Сказал, что, если через два часа пианино не будет стоять дома, сделает из него барабан! Ключи велел отдать Пружанской.

Офицер зарегистрировался в комендатуре и вернулся на корабль - прихватил продукты для Татьяны Ивановны.

Фортепиано стояло в квартире. Михаил попытался там навести порядок, но не хватило времени.

К вечеру вернулся на тральщик. Долго не мог заснуть. Под утро ему приснился дворник, аккуратно отрезавший своим большим ножом, которым уничтожал футбольные мячи, толстую веревку. Закрепив ее на воротах, подмигнул ребятам, которых волокли полицаи...

- Убью гада! - Он вскочил с койки, продолжая кричать, - За дядю Изю, Татьяну Ивановну, Павку... - бросился одеваться.

- Ты чего, куда? - пробормотал разбуженный минер, сосед по каюте. - Через час уходим на недельную "рыбалку".

...Дворника забрали в СМЕРШ (контрразведка "Смерть шпионам") до возвращения Ландера. При обыске у Карла нашли соседские вещи. Мише вернули его фамильную табличку, которую дворник принял за золотую.

Ландер редко заходил в родной порт, хотя его дивизион был закреплен за Одесской военно-морской базой. Они выискивали и уничтожали мины от гирла Дуная до Керченского пролива.

"И снова море бороздим,/ и тралим мины, что незримы.../ В глаза опасности глядим/ мы чаще, чем в глаза любимой", - напишет на тральщике Михаил.

Однажды он застал дома маму... Узнав, что случилось с соседями, она долго не могла сесть за фортепиано.

Его война окончилась в конце сорок шестого, через полтора года после Победы. Это была невидимая битва с рогатой смертью, с морскими минами. Подрывались тральщики, гибли молодые ребята, мечтавшие о мирной жизни. Одним из выживших был капитан- лейтенант Михаил Исаакович Ландер, двадцати одного года, будущий капитан теплохода "Юность". Капитан, выросший из военной юности.

Александр ГАЛАНТ.