Номер 2 (998), 22.01.2010

ХРАМ МУЗ ДЛЯ ИЗЯЩНЫХ ИСКУССТВ

Если бы меня попросили выстроить ассоциативный ряд, то слово "музей" у меня ассоциировалось бы со словом "тишина". Тишина, как в музее: Следующее слово в том же ассоциативном ряду было бы - "покой". А вместе с тем, если вникнуть в историю некоторых музеев, остается лишь вздохнуть: Да, "покой нам только снится".

Подтверждением этому может служить история Одесского художественного музея, которому 6 ноября исполнилось 110 лет.

Начало истории этого Храма Муз (по-гречески храм муз - Museion) никаких катаклизмов не предвещало. В 1865 году просвещенные граждане молодого города с красивым, отдающим древнегреческой историей и мифологией названием Одесса создали общество изящных искусств, которое возглавил г-н Куровский. Целью этого общества было создание в Одессе Музея изящных искусств. Для начала была открыта рисовальная школа (прародительница нынешней "Грековки"). В ней постепенно начала собираться недурная коллекция картин. Были среди них полотна, даренные и приобретенные обществом. Были картины, переданные из Петербургской академии художеств. В конце концов набралось 232 экспоната. Вроде бы не так уж и много (особенно в сравнении с нынешним музеем, насчитывающем почти 10 тысяч экспонатов), но их нужно было и хранить где-то, и экспонировать для просвещения молодежи и прочих горожан любого возраста. И тогда легендарный городской голова Одессы Григорий Григорьевич Маразли лично приобрел и передал городу для создания Музея изящных искусств здание на улице Софиевской, известное как дворец графини Нарышкиной (урожденной Потоцкой).

Открытие музея состоялось 6 ноября 1899 года.

Музей очень быстро начал пополняться новыми экспонатами. Шли поступления от частных лиц, о пополнении коллекции заботилась и городская дума. И Петербургская академия художеств, поддерживая одесский музей, ежегодно присылала десятки полотен - от больших академических работ, выполненных на соискание медалей, до небольших эскизов. Из Петербурга также поступали медали и значки, исполненные знаменитым, талантливейшим медальером Федором Толстым. Из частных коллекций экспозиция музея пополнялась предметами прикладного искусства.

А дальше вышло, как сказано в Библии, хотя и не совсем. В Библии говорится: время разбрасывать камни и время собирать их. С музеем все получилось наоборот. Собирание сменило "разбрасывание".

В 20-е годы главной идеологической установкой было "все поделить". Начали делить и экспонаты музея. Был создан ряд новых музеев: Музей западного и восточного искусства, Музей еврейского искусства, музей "Степова Укра⌡на", Музей современного искусства (как русского и украинского, так и зарубежного) и другие небольшие музейчики.

Все работы западных художников и художников Востока (в музее было большое собрание японского искусства) были переданы в Музей западного и восточного искусства.

В Музей еврейского искусства ушли уникальные и дорогостоящие экспонаты: золотые и серебряные девяти- и семисвечники, меноры, короны на тору, указки для чтения торы и т. д. Этот музей просуществовал до 30-х годов, когда пришло решение передать его экспозицию в Киево-Печерскую лавру. Экспозицию погрузили в сорок девять ящиков и отправили в Киев. До Киева доехало лишь девятнадцать - остальные исчезли в неизвестном направлении.

Такая же судьба постигла музей "Степова Укра⌡на", в котором экспонировалось украинское искусство и украинистика юга Украины - его коллекция тоже ушла в небытие.

Не исключением в деле разбазаривания художественных ценностей стал и Музей современного искусства. Он был сформирован из экспонатов, поступавших в Музей изящных искусств, в основном из национализированных частных коллекций, в частности из собраний графа М. М. Толстого и графа М. Д. Толстого, из коллекций А. П. Руссова и М. В. Брайкевича. Вначале Музей современного искусства располагался в доме графа Толстого на Сабанеевом мосту, но вскоре здание это было передано Дому ученых, музей расформирован, а его экспонаты разошлись в разные стороны.

Часть экспозиции вернулась в Музей изящных искусств. (К этому времени музей уже так не именовался: после ряда переименований он получил название картинной галереи - это название просуществовало до 1967 года, когда за музеем был закреплен статус художественного).

Другая часть была отправлена в Музей западного и восточного искусства. А третья часть бесследно исчезла:

Война внесла свою лепту, и немалую (если понятие "немалая" сочетается со словом "лепта"). Часть коллекции была отправлена в Уфу. После войны она относительно благополучно вернулась в Одессу. Но остальная часть оказалась практически брошенной в оккупированном румынами городе. Сейчас сложно сказать, почему не эвакуировали все, почему часть экспонатов была оставлена, в том числе полотна таких художников, как Серов и Левитан. (Здесь напрашиваются разные щекотливые вопросы:) В основном, в Одессе остались предметы прикладного искусства (среди них было немало серебряных изделий) и мебель. При румынах музей как-то работал, но оккупанты по мере сил его разворовывали - "приобретали во временное пользование". Какое? Для украшения офисов, для проведения приемов и т. д. Это удалось установить по клочкам, обрывкам записок румынских властей, этих своеобразных "ордеров" на грабеж музея. В результате сохранились лишь единицы музейной коллекции мебели, а почти все предметы прикладного искусства, серебро и остававшиеся в музее картины пропали. Ничего не было возвращено и по реституции.

Почему я написала "почти все"? Да потому, что, к чести одесситов, многие, видя, как оккупанты разворовывают музейную коллекцию, сами разбирали по домам и хранили, прятали у себя музейные иконы, картины, небольшие предметы прикладного искусства, чтобы потом возвратить их в музей.

С периодом оккупации связана легенда, касающаяся музея. Рассказывают, что все годы оккупации одна из смотрительниц музея прятала в гроте советского летчика, сбитого над Одессой. Эту легенду подтверждают некоторые находки в подземном лабиринте - в нем, кроме гильз от патронов 20-х годов, были найдены гильзы времен Великой Отечественной войны. Не знаю, почему эта история рассказывается, как красивая легенда, а не как задокументированный факт, ведь в ней ничего удивительного нет. Примерно год назад я писала в статье, посвященной повести Казачинского "Зеленый фургон" и фильмам, снятым по ней, о режиссере первой из картин - Генрихе Габае. В 1941 году его самолет был сбит над Одессой, он, выпрыгнув с парашютом, приземлился где-то на окраине города, его раненого нашла, выходила, кормила и прятала до прихода наших войск какая-то женщина.

После войны вновь пришло "время собирать камни". И не только пополнять коллекцию музея, но и восстанавливать разрушенное, строить туалеты, проводить центральное отопление, достраивать выставочную галерею и т. д. и т. п.

Очень многое было сделано первыми послевоенными директорами музея Ольгой Михайловной Карпенко и Иваном Ивановичем Стенько. Очень много сделала для музея Наталья Иосифовна Касько - период ее директорства можно назвать блистательным. Это при ней в музее проходили такие знаковые выставки, как две выставки Ильи Глазунова, две выставки из собрания Армана Хаммера, выставка Ренато Гуттузо, выставка работ Нади Рушевой, мозаики Равенны: В 1995 году Касько организовала выставку работ Кандинского (на Дни Кандинского в Одессу даже приезжали мадам Помпиду и мадам Ширак).

Кстати, работы Кандинского в Одессе не выставлялись с сезона 1910-1911 года, когда в знаменитом салоне Владимира Издебского экспонировалось более шестидесяти полотен художника, выполненных в новой заявленной им абстрактной манере. При Наталье Касько коллекция музея значительно пополнилась, самые большие пополнения шли из частных коллекций, в том числе приобретались иконы.

Но музей - это не только коллекция экспонатов. При музее обязательно ведется научно-исследовательская работа. Здесь уместно вспомнить послевоенную плеяду научных сотрудников музея: Лидию Наумовну Колмановскую, заместителя директора по научной работе Якова Абрамовича Галкера, главного хранителя музея в 50-60-е годы Абрама Наумовича Шистера:

Сейчас в Художественном музее работает очень интересный коллектив сотрудников. Сложно перечислить всех, кто этого заслуживает, назову лишь несколько имен - это главный хранитель музея Людмила Анатольевна Еремина, это заместитель директора по научной работе Виталий Алексеевич Абрамов, это зав. отделом искусства периода до 1917 года Лидия Николаевна Гурова, это зав. отделом современного искусства Александр Михайлович Тюрюмин, это зав. отделом выставок Галина Васильевна Богуславская, о которой с благодарностью отзываются все художники, чьи выставки она устраивает.

Возглавляет этот коллектив Наталия Сергеевна Полищук, сумевшая в самые трудные для музея времена сохранить и коллекцию музея и коллектив сотрудников. Ее плодотворная четырнадцатилетняя работа директором музея была отмечена "Знаком почета" Городского головы.

При ней у музея появился свой сайт, издаются книги, прошли десятки выставок из коллекции музея за рубежом. Ежегодно в музее проходят 12-15 выставок современных украинских и зарубежных художников, и выставки из фондов музея. Одна такая выставка "Пейзаж ХХ века" открылась к 110-летию музея. Она будет работать до конца января.

Словом, Одесский художественный музей живет и дышит:

Елена КОЛТУНОВА.

На фото О. ВЛАДИМИРСКОГО:
здание Одесского художественного музея;
директор музея
Наталия Сергеевна Полищук.