Номер 16 (1505), 18.06.2020

Юрий ОВТИН

Второе призвание

(или штрихи к портрету Михаила Рыбака)

Прекрасный фотожурналист и человек Михаил Борисович Рыбак останется в памяти многих наших земляков благодаря тысячам своих фотографий, запечатлевших многогранность нашего города, и фотопортретам одесситов, своим трудом прославивших Одессу.

Однако это призвание пришло к нему не сразу. Несмотря на то, что родился он в старинном городе Аккермане, расположенном на берегу Днестровского лимана, вблизи крупнейшего морского торгового порта Одесса, и невзирая на свою, принадлежащую к водным стихиям, фамилию, Михаил Рыбак с юношеских лет мечтал о небе и о быстрокрылых машинах, рассекающих небесную высь. Судьбе его суждено было сбыться, когда, окончив Даугавпилское военное училище стратегической авиации и получив погоны лейтенанта, он пошел служить штурманом на современный стратегический бомбардировщик, охранявший западные границы Советского Союза. Правда, летать пришлось недолго. Грянуло "хрущевское" сокращение вооруженных сил, страна наращивала ракетные мускулы, стратегическая авиация тамошним горе-стратегам стала казаться анахронизмом, и Михаил в одночасье оказался, как и многие тысячи таких, как он, демобилизованных из армии, практически на улице, без средств к существованию.

Рыбак достал свой старенький любительский фотоаппарат и устроился на работу фотокорреспондентом в одесскую областную молодежную газету. А через некоторое время энергичного фотокорреспондента, вдоль и поперек объехавшего всю Одесскую область и поднаторевшего в своей профессии, пригласили на работу в более статусную областную газету "Знамя коммунизма". Но талант Михаила Рыбака как фотожурналиста наиболее ярко раскрылся во время его работы в любимой газете одесситов — "Вечерней Одессе".

Именно там, в редакции газеты "Вечерняя Одесса", куда я периодически приносил печатать свои рассказы, мне и довелось с ним познакомиться.

Худощавый, с длинными, как у художника, зачесанными назад темными волосами, горящими глазами и пульсирующей энергетикой, с неизменным фотоаппаратом с большущим объективом на груди — таким он навсегда запечатлелся в моей памяти.

Мы довольно быстро подружились, особенно после того, как Михаил узнал, что я в свое время работал на авиаремонтном заводе, где ремонтировал генераторы воевавших во Вьетнаме МИГов.

Периодически мы встречались на различных многочисленных мероприятиях, после чего Рыбак приносил мне мои моментальные и весьма оригинальные фотографии. Помимо фотографий, Михаил постепенно стал печатать в газете и свои небольшие заметки, а как-то и вообще удивил меня, напечатав в газете "Порто-франко", № 13 (342), март 1997 г., свою теплую, дружескую рецензию "Рейсы "Белого парохода" на 2-е, дополненное издание моей книги "...О, белый теплоход".


Но больше всего мы встречались с Михаилом Рыбаком на футбольных матчах с участием "Черноморца". И с кем бы ни играл "Черноморец", Михаил, невзирая на погоду, находился за линией ворот наших соперников в ожидании запечатлеть забитый в их ворота гол и лишь в перерыве между таймами забегал в ложу для прессы выпить чашечку горячего кофе.

Однако сказать, что Рыбак фокусировал объектив своего фотоаппарата только на футболистах, было бы несправедливо.


Его фотогероями является целая галерея одесских спортсменов, добившихся высоких результатов на самых престижных соревнованиях — Олимпийских играх. Это и гимнастка Маргарита Николаева, и десятиборец Николай Авилов, винтовочник Яков Железняк, велогонщик Владимир Семенец, волейболист Георгий Мондзолевский и многие-многие другие выдающиеся одесские спортсмены.

А каким человеком был Михаил Рыбак?

В дружеских застольях ему, как рассказчику, не было равных. Он знал много интересных и удивительных историй, и его можно было слушать часами. Чего только стоили его проникновенные рассказы о судьбах Юрия Макарова, перешедшего на работу из "Вечерки" в Москву, в газету "Известия", а затем ставшего собкором "Известий" в Нью-Йорке, или Геннадия Швеца, пресс-атташе олимпийской сборной РФ, или Семена Лившина, редактора всеамериканской юмористической газеты "О’Кей", и о других "вечеркинцах", которых судьба разбросала по земному шарику...

Вспоминается и такая история.

Как-то в воскресный день я занимался домашним ремонтом, когда ко мне с бутылкой коньяка заявился Михаил. Смущенно переминаясь с ноги на ногу, он попросил уделить ему немного внимания по одному деликатному вопросу. Дело в том, что я недавно вернулся из поездки по Индии, а Михаил должен был туда ехать в составе делегации. А если вспомнить, что история эта была в 1977 году, когда "железный занавес" в стране был опущен, что называется, ниже плинтуса, то любая информация была на вес золота. Я без утайки рассказал Михаилу о том, как за три флакона дешевого пахучего советского одеколона "Кармен" у местных аборигенов можно было выменять скульптурную композицию из красного дерева "Бой слонов с тиграми", что привезенную с собой водку в стране, проповедующей "сухой закон", полезнее и безопасней выпить самому, а вот бутылку шампанского можно обменять на красивое кольцо с редким у нас "лунным камнем", и много другой полезной информации. Прощаясь, Михаил спросил, что мне привезти в подарок, и я, отмахнувшись, сказал, что буду рад пачке чая. А через месяц Рыбак принес мне большую красочную жестяную банку редкого в те годы чая "Липтон"...

А еще Михаил Рыбак безумно любил своих внуков Руслана и Ирину. Несмотря на свою занятость, он всегда находил время, чтобы возить их на занятия в школу, спортивные тренировки и занятия музыкой на своем видавшем виды "жигуленке"...


У меня осталось много сделанных им фотографий. И пересматривая свой фотоархив, я всегда безошибочно выделяю их из множества других. Подтверждением его авторства на обороте стоит штамп: "Фото Михаила Рыбака. "Вечерняя Одесса"".

11.12.2019 г.