Подшивка Свежий номер Реклама О газете Письмо в редакцию Наш вернисаж Полезные ссылки

Рис. О. ЖМУРА

Номер 03 (593)
18.01.2002
НОВОСТИ
Культура
Криминал
Мужчина и женщина
Спорт

+ Новости и события Одессы

Культура, происшествия, политика, криминал, спорт, история Одессы. Бывших одесситов не бывает!

добавить на Яндекс

Rambler's Top100

Номер 03 (593), 18.01.2002

И. МИХАЙЛОВ

ТАЙНА ДОМА НА СОФИЕВСКОЙ

(Продолжение. Начало в №№ 47-52, 1-2.)

9. В поисках истины

Возникает вполне обоснованный вопрос: почему бывший император, еще недавно обладавший неограниченной властью в России и справедливо считавшийся хозяином Европы, пришел к гонимым и отверженным духоборцам?

Вопрос сложный, но, исходя прежде всего из психологических особенностей императора, попытаемся понять его необычный поступок. В дневнике Остен-Сакена имеется небольшая, но весьма любопытная запись, датированная январем 1826 года: "...Он (Александр – И.М.) глубоко почитал веру, но как-то странно... Понимал ее по-своему. Благосклонно относился к католикам, уважал лютеран, не был врагом иудеев, однако при всем этом оставался безразличным..."

И это все, что Дмитрий Ерофеевич сообщает потомкам относительно конфессиональных взглядов его некогда августейшего друга. Свидетельства других персон, окружавших Александра I, говорят, будто молодой император еще в бытность цесаревичем к религии относился скептически, даже цинично, что, впрочем, неудивительно: воспитываться при дворе Екатерины II и оставаться набожным – почти невероятно.

Мне известен один прелюбопытнейший факт из жизни великого князя. Это произошло задолго до известного романа Александра с Марией Нарышкиной и, следовательно, влияния на молодого императора так называемой польской партии.

Аристократ Чарторыйский был умным и образованным человеком, к мнению которого в Зимнем дворце охотно прислушивались. Этот человек оказывал немалое влияние на будущего "властителя слабого и лукавого". Так вот, впоследствии Мария Антоновна Нарышкина рассказывала, будто граф Станислав-Феликс Потоцкий (тот самый, которому провинциальная Умань обязана роскошным парком и дворцом – И.М.) сообщил ей под большим секретом, что якобы Александр очень заинтересовался невероятной судьбой Валентина Потоцкого.

Я воспользуюсь случаем и поведаю нашему читателю эту удивительную историю. Представьте себе ситуацию: в Париже учились два представителя самой родовитой польской шляхты – Потоцких и Зарембы, которые к тому же очень подружились.

Однажды друзья увидели старика-еврея, погруженного в изучение Талмуда. И тут начинается поистине невероятное: эти аристократы попросили талмудиста ознакомить их с иудейскими премудростями, причем они торжественно поклялись, что примут "Закон Мойсея", если убедятся в ложности христианской веры.

Вряд ли старый еврей удивился их просьбе. На улице – ХVIII век, правда, до Великой революции еще годы и годы, но Париж наводнен вольнодумцами, масонами, атеистами, религиозными диссидентами и просто искателями приключений с тугими кошельками.

Начались дни, недели, месяцы упорного изучения основ иудаизма. Увы, Заремба не выдержал трудной учебы, парижские соблазны оказались сильнее талмудической схоластики, и он благополучно забыл о данном обеде.

Зато Валентин Потоцкий с каждым днем все больше погружался в святая-святых самой древней монотеистической религии. Более того, окончив Парижский университет, Потоцкий переехал в Амстердам и, воспользовавшись религиозной свободой в Нидерландах, официально принял иудаизм.

Узнав о поступке близкого друга, Заремба вместе с семьей также отправляется в Амстердам, становится иудеем и переселяется в Палестину, древнюю родину еврейского народа. Между тем, Аврахам бен Аврахам (бывший граф Валентин Потоцкий) возвращается в Литву. Но тайна новообращенного вскоре была раскрыта, и его сжигают на костре у стены виленской крепости в 1749 году, на второй день еврейского праздника Шавуот.

Великий князь Александр Павлович был человеком впечатлительным, чувствительным и к тому же считался европейски образованным. История Валентина Потоцкого произвела на будущего самодержца неизгладимое впечатление. Может быть поэтому, "дней Александровых прекрасное начало" ознаменовалось рядом важных экономических, социальных и политических преобразований, в том числе законодательно улучшается правовое положение евреев (1804 год).

Но проходит совсем немного времени, император Александр как будто забывает о своем либерализме. Примером может служить секта духоборцев. Даже умная и образованная Екатерина II к духоборцам относилась более чем подозрительно. Их идеи равенства всех людей независимо от сословного происхождения, отказ служить в армии и, наконец, отрицательное отношение к церкви и православному духовенству в частности, раздражают власти. В 1793-94 гг., 1797-1800 гг. духоборцы подвергались серьезным гонениям, но с воцарением Александра все изменилось.

К духоборцам был послан И.В. Лопухин, в то время масон и ближайший сотрудник молодого царя. Он тепло отозвался об этих сектантах, рекомендуя правительству разрешить им свободное отправление религиозных обрядов. Более того, ходили слухи, наверняка имевшие основания, что Александр I во время своих многочисленных путешествий по стране несколько раз посещал селения духоборцев, беседовал с ними, интересовался их жизнью.

Но после разгрома Наполеона и торжества пресловутой политики "легитимизма", Александр I круто меняет отношение к религиозным и политическим оппонентам. С 1819 года духоборцы вновь подвергаются преследованиям.

В конце своего правления император испытывает немалое влияние мистически настроенных лиц, окружавших его августейшую персону. Достаточно в этой связи вспомнить архимандрита Фотия, фанатика и мракобеса. Надо полагать, что именно этот обскурант настойчиво советовал Александру I начать "крестовый поход" против инакомыслия. Можно также вспомнить, что император изменил отношение к евреям, особенно после того, как не удалась его затея с так называемым обществом израильских христиан. Александр I загорелся идеей вернуть иудеев к вере в Христа, обещая прозелитам многочисленные льготы. И что же? Затея с треском провалилась; уж если испанская инквизиция оказалась бессильной заставить евреев отречься от веры отцов, то интеллигентные методы русского властителя могли вызвать лишь снисходительную улыбку. Евреи в первой четверти XIX века еще не клюнули на посулы счастливой и обеспеченной жизни взамен на предательство своего духовного достояния.

Наконец, когда Александр решил, что шапка Мономаха слишком его тяготит, вспомнил: именно духоборцы наиболее чистые душой, поскольку настойчиво проповедуют благочестие в мыслях и делах.

И жребий был брошен.

(Продолжение следует.)

Версия для печати


Предыдущая статья

Следующая статья
Здесь могла бы быть Ваша реклама

    Кумир

По вопросам приобретения книг звоните по тел.: 649-656, 649-660