Подшивка Свежий номер Реклама О газете Письмо в редакцию Наш вернисаж Полезные ссылки

Коллаж А. КОСТРОМЕНКО

Номер 29 (774)
29.07.2005
НОВОСТИ
Город
Собеседник
Спорт
Образование
Культура
Мужчина и женщина
Вернисаж

+ Новости и события Одессы

Культура, происшествия, политика, криминал, спорт, история Одессы. Бывших одесситов не бывает!

добавить на Яндекс

Rambler's Top100

Номер 29 (774), 29.07.2005

Бандитская Одесса

Сейчас бы они считались бизнесменами

(Окончание. Начало в № 28.)

— Мы уж лучше деньгами подсобим, – вторил ему Аркадий Исаакович, – мы законов не нарушаем.

— А спекуляция и незаконное обогащение – это статья 154 Уголовного кодекса, – процитировал наизусть Андрей Севастьянович, – срок до десяти лет с конфискацией всего имущества. Так что для государства вы хуже преступники, чем я. Вас кинули, вы и должны решить это дело, поэтому отстреливаться придется. У них банда из пяти человек, а нас только двое, а с вами уже четверо. Коротько открыл бардачок и достал оттуда старенький немецкий парабеллум, завернутый в тряпку.

— Откуда он у вас? – спросил Аркадий Исаакович.

— Эхо войны, – многозначительно произнес Андрей Севастьянович.

В это время машина остановилась. Место, куда привез их Амбал, находилось где-то за городом.

Амбал вышел из машины, огляделся – никого не было. Вокруг ни души. Он обошел машину, открыл багажник и достал из-под запаски новенький автомат Калашникова. Сняв автомат с предохранителя, произнес: "Андрей Севастьянович, все хорошо".

Коротько вышел из машины, затем из нее вылезли одесситы. В руках Аркадия Исааковича поблескивал парабеллум.

— Ну, Амбал, показывай дорогу, где?

— Третий дом слева, – сказал Амбал и пошел по улице. Они гуськом друг за другом отправились к указанному дому. Улица была пустынна, поэтому звук их шагов разбудил окрестных собак, которые подняли лай. Вскоре подошли к дому. Он был деревянный, одноэтажный. Подойдя к двери дома, Андрей Севастьянович громко постучал и настойчиво потребовал:

— Откройте!

— Хто це? – из-за двери послышался недовольный голос.

— Своï, – произнес Коротько. – Зараз же вiдчинiть, треба побалакати.

— Зараз вiдчинимо, – послышался голос Николая. Вдруг раздался выстрел. Пуля, выпущенная из пистолета, пробила деревянную дверь, если бы Коротько не стал боком, она угодила бы ему в грудь, а так пуля попала в мягкие ткани плеча Исаака Абовича, отбросив его на землю.

В ответ Амбал выпустил короткую очередь. Пули прошили деревянную дверь, поразив стрелявшего. Послышался сдавленный крик. В этот момент Коротько сильным ударом ноги вышиб дверь, она слетела и теперь держалась на одной петле. Амбал проскочил в этот проем, держа наготове автомат. Еще раз для страховки выстрелил в потолок и скомандовал: "На пол, суки, всех укокошу!" Андрей Севастьянович ворвался следом, держа в руках "Макаров". Больше сопротивления не последовало. Теперь можно было оглядеться. Посреди комнаты, зажав руками живот, корчился Николай, под ним расползалось кроваво-красное пятно. Он тихо стонал, его пистолет валялся в полуметре от него. Амбал ногой подтолкнул его "Беретту" к Коротько. Теперь в руках Андрея Севастьяновича было два пистолета. Завладев оружием, он спросил у парней, которые сидели за столом, обмывая успешное дело:

— Кто старшой? Те указали на Николая. Парней было четверо. Одним из них был челнок Сергей. Рыжий, веснушчатый парубок со щербатым ртом произнес:

— Це не мiлiцiя, хлопцi. Це Андрiй Севастьянович.

Коротько подбоченился.

— Ну так если вы меня узнали, то разговаривать будет легче. Во-первых, помогите ему,— сказал Коротько и указал на Николая. Двое братков бросились выполнять приказ авторитета.

— Вiн вже не жилець, – промолвил один из братков, обритый наголо, широкоплечий дитина с наколкой "Вася" на руке.

— Що будемо робити, Андрiю Севастьяновичу? – спросил черноволосый, долговязый парень.

— Теперь у вас новый бригадир, у него и спрашивайте, – и Коротько указал на Амбала, который, опасаясь непредвиденных фортелей держал парней под дулом своего автомата. – Я могу всех вас наказать за отступление от воровских понятий и за беспредел, но теперь будете работать под моей крышей, – сказал Коротько. Приказав Амбалу не спускать с парней глаз, он вышел на крыльцо к одесситам и увидел такую картину: Аркадий Исаакович склонился над отцом. Его парабеллум валялся рядом в траве. Обхватив голову руками, он тихо причитал:

— Папа на кого ты нас покинул? Что же теперь скажет мама? Скажет: Аркаша, ты во всем виноват, да обрушится проклятие на твою голову, да будет проклято твое имя до седьмого колена.

Андрей Севастьянович подошел и тоже склонился над старым Исааком. Оглядев его, он произнес:

— Рана не смертельная. Пуля прошла навылет, кость не задета, он просто в обмороке. Его нужно срочно перевязать и обработать рану, его необходимо отвезти в больницу. Водить машину умеешь? – спросил Андрей Севастьянович у Аркадия Исааковича. Тот отрицательно покачал головой. – Ну сейчас что-то придумаем, – сказал Коротько и зашел в дом. Спустя несколько минут он вышел в сопровождении Амбала и сказал тому, чтобы он отвез их к их врачу, а затем вернулся за ним.

— Я пока поговорю с парнями, – Андрей Севастьянович забрал из рук Амбала автомат и направился в дом.

На следующий день после этих событий Андрей Севастьянович опять встретился с одесситами.

Встретились в том же кафе "Хвилинка", Андрей Севастьянович поинтересовался о здоровье, на что Исаак Абович сказал, что он почти оправился от ранения (доктор профессионально обработал рану и наложил швы), правда, плечо побаливает, но до свадьбы заживет.

После этого Коротько промолвил, что для них есть хорошая новость. Он достал из кармана сверток и положил на стол.

— Здесь две тысячи, полторы тысячи ваши, а 500 рублей за боевое крещение.

— А нельзя ли боевое крещение компенсировать джинсом, - поинтересовался Исаак Абович.

— Нельзя, – отрубил авторитет, – у нас честная организация, а не магазин, где торгуются.

После этого Андрей Севастьянович, попрощавшись, вышел из кафе. На прощание он сказал, чтобы они передали привет Виктору Палычу в Одессе.

Приехав к дяде Мойше, первым делом Исаак Абович позвонил в Одессу Тихому. Новости, которые он услышал по телефону, повергли его в шок. Он вышел из комнаты, шатаясь и держась за сердце.

— Аркаша, это конец, мы опять потерпели фиаско. Оказалось, что милиция арестовала Мамеда и закрыла один из его цехов. Тихий, опасаясь ареста, решил свернуть на время свою деятельность и советует нам переждать до лучших времен, так как менты будоражат город в поисках поставщиков.

Послушав умного совета, одесситы так и сделали. Только спустя полгода, в марте 1985-го, докупив во Львове еще ткани, они доставили 250 метров в Одессу и постарались продать А.А. Черниговцеву. Но они продали всего 60 метров по цене 55 рублей и их прибыль составила 2200 рублей. Остальное продать не удалось – их арестовала милиция, которая давно уже следила за подпольными теневиками, такими, как Тихий и Черниговцев. Суд над Исааком и Аркадием состоялся 31 января 1986 года под председательством судьи Тюпало. Суд приговорил за необоснованное обогащение Точиловского Аркадия Исааковича к семи годам лишения свободы с конфискацией имущества, Точиловского Исаака Абовича к пяти годам с конфискацией имущества. Кроме того, взыскано в пользу государства 8800 рублей.

Вот такие законы существовали в те годы, ломая судьбы многим людям, которых сегодня считали бы предпринимателями...

В.Р. Файтельберг-Бланк, академик;

В.М. Слисарчук.

Версия для печати


Предыдущая статья

Следующая статья
Здесь могла бы быть Ваша реклама

    Кумир

З питань придбання телефонуйте за тел.: 764-96-56, 764-96-60