Подшивка Свежий номер Реклама О газете Письмо в редакцию Наш вернисаж Полезные ссылки

Рисунок С. ТЕРЕЩЕНКО

Номер 04 (647)
31.01.2003
НОВОСТИ
Культура
Криминал
Мужчина и женщина
Спорт
Вернисаж

+ Новости и события Одессы

Культура, происшествия, политика, криминал, спорт, история Одессы. Бывших одесситов не бывает!

добавить на Яндекс

Rambler's Top100

Номер 04 (647), 31.01.2003

ФОТОРАССКАЗ

БУХАНКА ОТ ПОСМИТНОГО

В 50-60-е годы часто приходилось слышать легендарное имя – Макар Посмитный. Говорили, что на полях его колхоза чуть ли не сдобные булки растут-расцветают, а колхозники живут так, как никто и не мечтал в той великой державе по имени Советский Союз. Не как при коммунизме еще, но и в самом деле зажиточно, богато жили люди.

Впервые в хозяйстве Посмитного мне пришлось побывать в начале 60-х, когда работал в молодежной газете. Решили посвятить целую газетную полосу молодежи колхоза имени XXI съезда КПСС, которым руководил Макар Анисимович.

Мы приехали в райцентр Березовку втроем и сразу, как водилось, – в райком комсомола. Оттуда позвонили в колхоз с просьбой принять журналистов. Обещали за нами приехать и ждали мы довольно долго, но не удивлялись, ибо знали, как это хозяйство избаловано прессой – от районной газеты до всесоюзных, и все материалы только положительные, без единого слова критики. В конце концов свой "газик" нам предоставил кто-то из районных начальников и для верности сам поехал с нами.

Была весна, и село Расцвет встретило нас запахом сирени, розовато-белым цветом оживающих после зимы фруктовых деревьев, за которыми просматривались чистенькие ухоженные крылечки ладных деревенских хат, свежевыкрашенные заборы, а кое-где и разрисованные резные наличники окон, дверей, ворот.

B правлении колхоза сообщили, что председатель в поле, затем поедет по бригадам и вернется нескоро. Комсорг колхоза и его старший брат по должности – секретарь парткома, приняли нас радушно и тут же мы провели маленькую пресс-конференцию, на которой разработали план посещения тех или иных производственных участков (а как же без плана?) на все предполагаемые дни нашего пребывания в колхозе. Определили нас в старый "готель" – небольшую хатку на две комнаты с крылечком. Но мы знали, что есть и новый – великолепное каменное здание с комфортабельными помещениями, в котором останавливались даже Никита Хрущев с супругою Ниной и другие ответственные товарищи. Но нам и в нашей "хатынке" было уютно. Блестели чистотой только что вымытые крашеные дощатые полы, сияли домашней белизной наволочки на пышно взбитых, возвышающихся на голубых покрывалах подушках, венчавших аккуратно застеленные кровати.

Нас поселили и оставили, очевидно, для отдыха и раздумий на просторной веранде-крылечке, основную площать которой занимала широкая скамья со спинкой и длинный со скрещенными ножками стол. Приближались сумерки, когда дородная крестьянка в темно-синей тужурке принесла и безмолвно поставила на стол огромное зеленое эмалированное ведро, а рядом с ним – такого же цвета три новенькие кружки.

— На здоровлячко вам, – тихо промолвила, повернулась и вышла, захлопнув за собой калитку.

Кто-то из наших, зачерпнул кружкой темно-красную жидкость, глотнул:

— Так это ж вино, ребята! И очень даже неплохое.

Ранним утром, едва рассвело, та же дама, но уже в кристально чистом отглаженном белом халате, унесла ведро с остатками целебного напитка и поставила на то же место белое эмалированное ведро.

— Оце вам молочка парного принесла з ферми, а у вiсiм iдiть до столовой, поснiдайте. Це тут недалеко, коло правлiння.

Колхозная столовая оказалась на редкость приветливой и по чистоте, и по питательно-вкусовым качествам. У повара на раздаче пищи было специальное письменное предписание: "корресподенты, 3 порции, завтрак, обед, ужин."

Мы приходили в этот своеобразный ресторан в разное время и рядом с нами питались то механизаторы, то агрономы, рабочие строительного цеха, служащие правления. Все они, как мы впоследствии узнали, ели за свой счет, с них высчитывали из заработков за питание, но это была столь мизерная плата, что и не верилось.

Каждое утро на нашем столе "возникало" ведро, наполненное парным молоком, и мы уже стали к нему привыкать.

Парторг и комсорг знакомили нас ежедневно с хозяйством, людьми, мы по ходу беседовали и заносили в блокноты (время диктофонов еще не пришло), фотографировали. В общем, копили материал и к концу третьего дня с огорчением заметили, что Макара Анисимовича до сих пор не видели. И вдруг, на четвертое утро, заскрипели на веранде и в каждой комнате радиоточки, затем раздались какие-то звуки, отдаленно напоминающие веселую мелодию популярной песни, которую внезапно прервал властный, чуть хрипловатый голос:

— Та шо це робиться там на фермi, мать вашу... (далее текст позволю себе упустить) Двi доярки проспали дойку! Мужики на подол наступили, мать вашу. Та вже ж не молодi дiвчата, а балуєтесь... Бачиш, якi красунi...

И так далее...

Так мы впервые услышали голос хозяина, Макара Анисимовича, его утреннее "приветствие" после того, как уже объехал все участки, выслушал доклады о состоянии дел, все проверил, а где надо и прощупал для убедительности.

В конце того же дня парторг устроил нам личное свидание с Посмитным.

— Сiдайте хлопцi i слухайте сюди, – начал Макар Анисимович полушепотом, но вдруг его голос начал набирать силу, вплоть до повышенного тона, с хрипотцой, подобного тому, который доносил до нас по утрам репродуктор. Суть его монолога заключалась в том, что молодые журналисты должны рассказать о колхозе только правду, за "красивi очи" не расхваливать, но и не забывать, что это "один из лучших колхозов на Украине и один из самых первых в стране по своему трудовому стажу.

— I не треба робити бога з мене, бо мене люди i так знають. А про молодих розказуйте, а я скажу ïм, щоб не зазнавалися. Треба работать i бути хазяïном на своєму мiсцi.

(Продолжение следует.)

Михаил РЫБАК.

Фото автора.

Версия для печати


Предыдущая статья

Следующая статья
Здесь могла бы быть Ваша реклама

    Кумир

По вопросам приобретения книг звоните по тел.: 764-96-56, 764-96-60