Подшивка Свежий номер Реклама О газете Письмо в редакцию Наш вернисаж Полезные ссылки

Коллаж Алексея КОСТРОМЕНКО

Номер 36 (1133)
28.09.2012
НОВОСТИ
Культура
Дела и люди
Вперед - в прошлое!
Выборы
Проблемы
16-я полоса
Криминал
Спорт
Футбол

+ Новости и события Одессы

Культура, происшествия, политика, криминал, спорт, история Одессы. Бывших одесситов не бывает!

добавить на Яндекс

Rambler's Top100

Номер 36 (1133), 28.09.2012

ПРОНИКШИЕ ЧЕРЕЗ "ЖЕЛЕЗНЫЙ ЗАНАВЕС"

Без малого семь десятилетий одесситы, как и жители всего Советского Союза, "железным занавесом" были отделены от прочего мира. В том числе и от иностранной литературы, которую полагалось знать только в границах одноименного журнала. Это касалось и знакомства с иностранными литераторами. Исключений было немного. Среди них - французские писатели Анри Барбюс, Луи Арагон с Эльзой Триоле, Жорж Сименон.

Пребывание А. Барбюса в Одессе не оставило особого следа в творчестве писателя, если не считать статей да обращения к местным литераторам.

Луи Арагону и его супруге Эльзе Триоле в этом плане удалось больше.

Они приехали в наш город поздней осенью 1934 года по приглашению Одесской кинофабрики. Л. Арагон по договору должен был написать сценарий, чем он и занялся, поселившись в гостинице "Лондонская". Писатель Алексей Пантелеев, который в это же время и там же работал над своим сценарием для киностудии, вспоминал, что "жили Арагоны в Одессе очень скромно, размеренной трудовой жизнью. Завтракали и обедали дома, у себя в номере. Эльза Юрьевна ходила с парижской авоськой на Привоз и на другие одесские рынки, тушила тут же в номере на электрической плитке цветную капусту, готовила рагу и еще что-то французское - в номере у них всегда очень аппетитно, по-домашнему пахло. Арагон писал сценарий. Вечерами Эльза Юрьевна переводила написанное".


Результатом стал сценарий под названием "Любовники 1904 года". Он был принят, одобрен, Арагон получил гонорар и уехал в Париж. Фильм, однако, так и не был поставлен: сценарий не утвердил столичный кинематографический главк.

Зато в творческой биографии Эльзы Триоле пребывание в Одессе оставило след.

В ту зиму в нашем городе гастролировал цирк, где "гвоздем программы" был знаменитый укротитель львов Борис Эдер. Он поселился в "Лондонской", причем не один, а со своей любимой львицей, что стало поводом для досужих сплетен и пересудов. Тогда и случилась история, которую затем своеобразным образом использовала французская писательница.

Новый, 1935-й, год постояльцы "Лондонской" вместе с "примкнувшими к ним" одесситами встречали в гостиничном ресторане. В самый разгар новогоднего бала в зале появился Борис Эдер, одетый в смокинг с белой манишкой и с черной бабочкой. Рядом с ним шла его любимая львица, причем безо всякого поводка.

Укротитель со своей питомицей подошли к буфету, рядом с которым находилась касса. За кассой сидела полная белокурая кассирша в белом накрахмаленном халате.

"Что там такое случилось, чем не понравилась или, наоборот, чем приглянулась эта одесская красавица красавице нубийской, не сказал бы, вероятно, и сам Борис Эдер, - вспоминал впоследствии писатель Алексей Пантелеев, бывший очевидцем этих событий. - Может быть, ее внимание привлек белоснежный халат кассирши, может быть, что-то знакомое, цирковое, а то и что-нибудь еще более далекое, детское, африканское возникло в ее памяти при виде сверкающей никелем кассы - не знаю, но только внезапно, на подходе к буфету, львица отделилась от ноги хозяина и быстро пошла в сторону кассы. Кассирша замерла, вскочила, закричала. Быть может, и львица тоже испугалась, она тоже вскочила, сделала стойку и опустила свои тяжелые лапы на плечи помертвевшей от страха одесситки: О том, что творилось в эту минуту в ресторане, рассказывать вряд ли нужно. У кассирши был порван халат, разодрано платье, в кровь исцарапано плечо. Четыре моряка дальнего плавания, возбужденные, красные, потные от танцев и вина, торжественно несли ее, потерявшую сознание, на руках из зала".

Через пятнадцать лет после этой истории Эльза Триоле опубликовала роман "Инспектор развалин", действие которого происходит в послевоенной Германии. В полуразрушенном городке американской зоны, в местном дансинге отмечают Новый год, и в разгар веселья в зале появляется человек с львицей на поводке.

"Дойдя до другого конца зала, - пишет Э. Триоле, - укротитель со своей львицей остановился... Мы увидели, как львица вдруг встала на дыбы и положила передние лапы через стойку прямо на мощную грудь кассирши. Кассирша закричала страшным голосом, потонувшим в грохоте оркестра, загремевшего с новой силой... Пары снова завертелись в безумном танце... Укротитель потянул поводок, лапы львицы соскользнули с груди кассирши, срывая куски корсажа".

"Вот как иной раз жизненные наблюдения претворяются в художественный образ, - резюмирует А. Пантелеев. - Не все ли, в конце концов, равно - Одесса или какой-нибудь Розенкирхен, ресторан или дансинг, халат или корсаж?! Укротитель львов вправе приехать со своим цирком куда угодно, и опять-таки куда угодно он волен привести свою дрессированную львицу, а львица вправе наброситься тоже на кого угодно и разорвать что ей захочется - халат, корсаж или парчовое платье".

Дважды - с разницей в три десятилетия - побывал в нашем городе классик детективного жанра Жорж Сименон.

Впервые писатель был в Одессе летом 1933 года в качестве журналиста. Тут он провел примерно пять суток. В ту пору Ж. Сименон увлекался фотографированием и сделал множество снимков. Свои впечатления он изложил в серии репортажей для французского еженедельника "День", а также в романе "Люди в доме напротив", вышедшем в 1934 году. Характерно название, которое писатель дал впоследствии своим воспоминаниям об Одессе и Батуми: "Народ, который хочет есть". Что неудивительно, если учесть, что его тогдашняя поездка в СССР совпала с апогеем голодомора.

Второй визит в наш город, в 1965 году, когда писатель приехал с детьми и внуками, оставил у него намного более благоприятное впечатление. В письме, которое Ж. Сименон прислал в наш литературный музей в 1978 году, он писал: "Я сохранил замечательные воспоминания о вашем городе. Меня особенно поразили улицы, обсаженные деревьями в цвету". Давая потом интервью журналу "Огонек", писатель рассказал, как на Дерибасовской к нему подошла одесситка с сыном, и ребенок подарил его внучке букет гвоздик. "Для Парижа, Брюсселя, Нью- Йорка, для любого города, где мне довелось жить, - сказал Сименон, - это был невероятный поступок!"

Много лет спустя в Одессу приехал сын писателя, Джон Сименон, который был в 1965 году в нашем городе вместе с отцом. И он подтвердил, что Одесса отцу понравилась.

Стоит отметить, что благодаря усилиям Анны Полторацкой Одесский литературный музей имеет ряд экспонатов, полученных от знаменитого писателя, - личные вещи, книги и фотографии с автографами и даже курительную трубку, похожую на ту, которую курил его главный герой - комиссар Мегрэ, полюбившийся миллионам читателей во всем мире.

Александр ГАЛЯС.

На фоторепродукции О. Владимирского:
трубка и автограф Ж. Сименона
из фондов Одесского литературного музея.

Версия для печати


Предыдущая статья

Следующая статья
Здесь могла бы быть Ваша реклама

    Кумир

З питань придбання телефонуйте за тел.: 764-96-56, 764-96-60