Номер 7 (546), 16.02.2001

К оглавлению

Попробуйте рассказать друзьям не очень длинный, но захватывающий эпизод из своей жизни. При этом запишите его на диктофон или обычный кассетник, а потом в тетрадку слово в слово перепишите то, что получилось, и прочитайте...

Уверяем, в большинстве случаев вы будете поражены, насколько коряво и бессвязно будет выглядеть дословный рассказ на бумаге, - даже при суперзахватывающем сюжете. Эмоции и личное обаяние, которые в разговоре сглаживают и связывают между собой части речи, в дословном конспекте исчезают, как утренний туман. Не зря ведь говорят: если собеседник вас явно "грузит" и вы чувствуете, что вот-вот сдадитесь - попросите его изложить свое предложение в письменном виде. И зачастую окажется, что слова без личного обаяния совсем не звучат в унисон...

А вот теперь представьте, каково приходится журналисту, только что расшифровавшему диктофонную запись и собирающемуся писать интервью с одиозной личностью (которая, если честно, имеет точно такие же голосовые связки, такие же губы и язык, плюс-минус двести граммов такого же серого вещества, такие же нехорошие привычки и стилистические (грамматические) ошибки, как и мы с вами). Представили? Вот именно этим и занимались журналисты газеты "Порто-франко" в последние десять лет. А корректоры и верстальщики потом пытались всему этому винегрету придать читабельный вид, поправить, состыковать и втиснуть в полосу, затыкая бесчисленные дырки таким же ужасом, только поменьше объемом. И при этом следя за тем, чтобы, к примеру, поздравление новобрачным не поставить рядом с фельетоном о злой теще.

Пусть простят нас коллеги, но мы слегка приоткроем завесу профессиональной тайны. Скажем, что практически в любом материале приходится куски текста из середины или конца беседы переставлять в начало текста и наоборот. Единственный раз в профессиональном опыте автора диктофонная запись почти полностью совпала с опубликованным текстом интервью - это было интервью с бывшим начальником пассажирского флота ЧМП Сергеем Мелащенко. В сотнях и тысячах других случаев для того, чтобы выстроить из, казалось бы, связной речи более-менее приличный рассказ, приходится в поте лица, как сказал поэт, "изводишь единого слова ради тысячи тонн словесной руды".

Зато как потом удивляется человек, который давал интервью: "Как это вы из моего мычания написали прямо "Войну и мир?" (Кстати, особенно часто такой вопрос задают милиционеры и военные, привыкшие больше действовать, чем рассказывать о своих действиях). Учебники по журналистике так и определяют основы профессии: "Вы умеете рассказать о работе человека лучше, чем он сможет это сделать о себе сам!". Представляете, сколько информации для этого нужно иметь у себя в запасниках?

Бывает и наоборот: помните, в одном из фильмов с участием Пьера Ришара обиженный мэр города пытался заставить редактора съесть весь тираж его "мерзкой газетенки". Опытный журналист в такие ситуации обычно уже не попадает - чаще всего это печальный удел новичков. А все потому, что человек без опыта может в своей статье не придать значения одному-единственному слову, которое потом вызовет все громы и молнии на его бедную голову. Конечно, здесь не идет речь о заведомо критической или разоблачающей статье. Помнится, в бытность молодым журналистом меня обещал лично расстрелять директор магазина по продаже оружия; отправить на двадцать пять лет в армию зам. начальника по оборонно-мобилизационным вопросам; послать на три английские буквы директор прославленных курсов иняза. А однажды даже приходили "на разборки" три дюжих частных детектива, которых пришлось выпроваживать при помощи "базара по понятиям" (этой форме общения, к счастью, довелось научиться у сотрудников правоохранительных органов).

Причем гневные отклики читателей чаще всего приходят даже не на те статьи, от которых там, ждешь какой-либо негативной реакции - проблемные материалы обычно готовятся более тщательно, на основании документов и т.п. Реакцию часто вызывают, казалось бы, безобидные статьи или информашки. Однажды отдел засыпали звонками разгневанные одесситы - пассажиры, когда-то потерпевшие бедствие на теплоходе, и родственники погибших в катастрофе. Оказалось, что их гнев вызвал совершенно не имеющий отношения к морскому делу материал о... прогнозах геологической активности в районе Одессы ("Тихое землетрясение"). Консультант, к которому обратились при подготовке статьи, - доцент Одесского университета - привел пример отказа навигационной аппаратуры на теплоходе во время землетрясения. Именно эта фраза и вызвала лавину протестов, так как многие считали причиной трагедии ошибку конкретного человека, а не погрешность приборов.

Вот вам пример того, как совершенно безобидная фраза, к тому же записанная журналистом со слов профессионала, вызвала негативный резонанс общественности. А что уже говорить об аналитических статьях о деятельности сомнительных страховых компаний, о конфликте двух крупных фирм, в результате которого остались без квартир люди, вложившие в жилье деньги. О злоупотреблении властью со стороны чиновников, сотрудников суда, прокуратуры или силовых структур. Тут уже на нее и на журналистов подаются многомиллионные иски. и журналистов.

Да, любую статью можно написать так, что придраться к ней можно будет только формально. Но ведь тогда исчезает конкретика, появляются туманные фразы и малопонятные намеки. Жаль, что вместо расследования конкретных случаев, описанных в газете (как известно, дыма без огня не бывает), государственная машина чаще всего обрушивается на журналистов, определяя моральный ущерб за каждое слово. А при наших законах, касающихся "свободной" украинской прессы, поверьте, придраться можно и к тому же роману "Война и мир", и заставить внучку Льва Толстого, проживающую, если не ошибаюсь, в США, выплатить моральный ущерб этак миллионов в двадцать.

Но, несмотря на все нюансы, работа журналиста все-таки остается неординарной и захватывающей. Ну кто еще, скажите, смог бы за одну неделю побывать на острове Змеином во время шторма, взлететь с палубы десантного корабля войск НАТО, преследовать на стареньких "Жигулях" вместе с опером вооруженного преступника, стрелять из винтовки М-16 на полигоне, присутствовать на встрече представителей власти с проститутками, разыскивать пятисотого одессита, родившегося в новом веке, брать интервью у знаменитого шулера, разговаривать с Яном Табачником и задавать вопросы Михаилу Жванецкому? Кто еще, как не журналист?

И никакие пережитки совковых времен и тягучие, жлобоватые реалии современной жизни (читай - современной власти) не заставят сломать настоящий, внутренний стержень этой профессии.

Поэтому поздравляем Вас с юбилеем! С десятой годовщиной Нашего присутствия в Вашем доме!

Материал подготовил Евгений СТЕБЛИВСКИЙ.

К оглавлению	Вверх	Подшивка