Номер 50 (537, 15.12.2000

К оглавлению

ЯНИСЛАВ ЛЕВИНЗОН

Анатолий Карпенко-Русый. Ян, ваш имидж на сцене: такой простоватый, но уверенный в себе житель Молдаванки. А в жизни как?

Янислав Левинзон. Я думаю, что в жизни не совсем так, но не сильно отличается от того, что есть на сцене. Во всяком случае, я хотел бы, чтобы это было расхожим мнением. Ну, не на Молдаванке я вырос, а на углу улиц Свердлова и Чичерина, но какая разница?

А.К. Были ли мгновения в жизни, которые хотелось бы продлить?

Я.Л. Продлить - да, конечно. И я все для этого делаю. Вся моя жизнь заключается в том, чтобы продлить хорошее и избежать плохого.

А.К. Можно выпить до работы, можно после, можно во время работы, но не вместо работы?

Я.Л. Почему? Можно и вместо работы. Бывает иногда такая работа, что гораздо лучше, если ее не делать!

А.К. Такое бывает тоже?

Я.Л. Конечно, по результатам человеческого труда очень часто можно сказать, что лучше бы они этого не делали! Вот бы пили себе и не создавали эти безобразия, потому что все ужасы созданы нашими руками, к сожалению.

А.К. Янислав, вас тепло встречают в Одессе?

Я.Л. Да, конечно!

А.К. Может быть, ради этих встреч стоит покидать Одессу?

Я.Л. Когда я жил в Одессе, я старался общаться с теми людьми, которые ко мне тепло относились, ну и я к ним. Так что, я не думаю, что надо куда-то уезжать ради того, чтобы тебя тепло встречали.

А.К. Но ведь встречи не будет, если не уедешь.

Я.Л. Можно же уехать на соседнюю улицу, не обязательно уезжать в другую страну для этого.

А.К. Да, можно не видеться, живя в одном доме годами.

Я.Л. Можно, живя с одной женой, годами ее не видеть.

А.К. Не замечать.

Я.Л. Совершенно верно. Не дай Бог, конечно, но такое бывает.

А.К. Как, по-вашему, выглядит Одесса? Что лучше, что хуже?

Я.Л. Я не думаю, что я такой знаток ситуации, чтобы рассказывать, что лучше, что хуже. Но я люблю Одессу, этот город для меня самый лучший в мире, поэтому я отношусь к нему, извините за банальность, как к маме, как к жене, как к ребенку. То есть я не могу: хуже-лучше, это же родное!

А.К. То есть воспринимается все?!

Я.Л. Да, конечно, воспринимается.

А.К. Вот это патриотизм!

Я.Л. Нет, патриотизм для меня отдает немножко оголтелостью, что ли, а Одесса - это просто родное, и все!

А.К. В общем, Одесса - это несравненный город.

Я.Л. Для меня - да. Хотя к Одессе всегда отношение специфическое. В последние годы я сталкивался с людьми, не жившими в нашем городе, и не всегда слышал от них хорошее. Но мы, одесситы, выше этого, нам совершенно неважно, кто что говорит, мы сами себе все знаем.

А.К. А когда вас позвали в Одессу?

Я.Л. Да расставания и не было. Я уехал в девяносто первом году, и тогда же был создан театр "Виртуозы эмиграции", в который входили замечательный драматург Георгий Голубенко и прекрасный актер Игорь Кнеллер. Мы втроем объездили практически весь мир. А что касается "Джентльмен-шоу", они позвали меня в девяносто седьмом году, и я очень этому рад, потому что есть возможность чаще приезжать.

А.К. Есть востребованность, и это приятно, то есть пуповина вообще не отрывалась никогда?

Я.Л. Нет, никогда.

А.К. Где больше юмор понимают: в Америке, в Израиле, в Австралии, еще где-то?

Я.Л. Ну, мы Одессу не берем, да?

А.К. Да, это столица, колыбель юмора.

Я.Л. Это не то что столица - вся жизнь у нас на этом построена. То есть, мы так говорим, а очень многие нас не понимают, считают, что мы неправильно разговариваем, у нас что-то не так с психикой. Но опять-таки: нас это не интересует! Чем мне нравится одессит? Он сам себе все знает, ему не нравится, чтобы кто-то там что-то ему. Ну, а среди других стран выделяется Израиль. Вот там юмор очень похож на одесский. Кстати, там очень много юмористических передач, и нет ни одной, которая была бы связана с анекдотами. Включите здесь телевизор - и в каждой второй передаче рассказывают анекдоты. В Израиле такого нет, но часто можно услышать анекдот по поводу, в политической программе и так далее. Ведь чем хорош анекдот? Когда он к месту!

А.К. Ну, а ваше отношение к женщине: трепетное, с уважением или по-хозяйски?

Я.Л. К женщине действительно нужно относиться с трепетом, с уважением и по-хозяйски, потому что мы давно уже должны признать, и это не громкие слова, что, по крайней мере, женщина лучше, чем мужчина. Во всех отношениях. Не только красивее, но и честнее, и порядочнее, умнее, и достойнее!

А.К. Если рядом с вами красивая женщина, вас пробирает внутренняя дрожь?

Я.Л. Я не могу сказать, что дрожь пробирает, но приятно, конечно, как и женщине быть в окружении красивых мужчин, так и мне - в окружении красивых женщин.

А.К. И что вам при этом хочется сделать: раздеть ее или, наоборот, укутать в одеяло, чтобы унять эту внутреннюю дрожь?

Я.Л. Нет, подождите. Сразу раздеть?

А.К. Ну, это в мечтах, предположениях.

Я.Л. О чем вы говорите, какие мечты, мы же взрослые люди, на мечты уже нет времени. Или ты что-то делаешь или ничего не делаешь, одно из двух!

А.К. Ага, тогда вот такой вопросик: вы - человек молодой, в расцвете лет или пожилой?

Я.Л. Я считаю, что я среднего возраста.

А.К. Среднего, значит, в расцвете лет? Или уже человек поживший?

Я.Л. Конечно, уже поживший немного.

А.К. Ну хорошо. Допустим, в молодые еще годы, холостым, вы могли спать рядом с девушкой?

Я.Л. Мог, конечно. Если в детском саду нас клали рядом, то мог.

А.К. В детском саду - да. А потом?

Я.Л. А потом уже я бы что-то предпринимал.

А.К. Рядом с девушкой трудно спать настоящему мужчине?

Я.Л. Смотря что вы имеете в виду: до того или после того?

А.К. Нет, есть такое понятие: "разделить постель с любимой женщиной". Вот когда вы делите постель с любимой женщиной, можете ли вы спать при этом?

Я.Л. Вы имеете в виду во время того?

А.К. Ну да!

Я.Л. Нет, конечно, ну что за глупости, куда ж спать, когда все кипит!

А.К. А для более пожилого человека я хотел бы вспомнить Игоря Губермана: "Не в том беда, что серебро струится в бороде, а в том беда, что бес в ребро не тычется нигде". Я надеюсь, что это время еще не пришло?

Я.Л. Э, нет, что касается меня, то мне бес в ребро никогда не тыкался, в этом, в первую очередь, заслуга моей жены, я ее очень люблю, и думаю, что все больше и больше. Поэтому я ничего не могу сказать, мне не с чем сравнивать!

Анатолий КАРПЕНКО-РУСЫЙ.

К оглавлению	Вверх	Подшивка