Номер 47 (534, 24.11.2000

К оглавлению

I. АРНОЛЬД И МАШИНЫ

Мы шли какое-то время втроем - я, Арнольд и его хозяйка. Точности ради надо сказать, что черный пинчер бежал несколько впереди, а мы с его хозяйкой - интеллигентной дамой в очках - шли рядом. Когда Арнольд поравнялся с первой машиной, он подбежал к заднему колесу, поднял лапу и... Ну, вы понимаете, что произошло дальше... При встрече со следующей машиной все повторилось. С той только разницей, что в этом случае он пристроился к переднему колесу, но лапу задрал, как вы понимаете, опять-таки заднюю. Это повторялось из раза в раз, - благо машин стояло достаточно много рядом с тротуаром. Меня заинтересовал этот феномен, и я даже приостановился, обращаясь к хозяйке феноменального Арнольда:

- Простите, это у него всегда так или только сегодня?

- Вы о чем? - не поняла интеллигентная дама.

- Я о вашем Арнольде. Он всегда поднимает заднюю лапу на шины машины или как?

- Нет, вы знаете, у него какая-то потребность возникает при встрече с авто. Он может это делать до бесконечности.

Я чуть было не расцеловал интеллигентную хозяйку Арнольда:

- Послушайте, вы извините, конечно, но вы не могли бы одолжить мне вашего бесподобного Арнольда хотя бы на пару дней...

Хозяйка нахмурилась и в ее голосе появились басовые ноты:

- Арнольд, ко мне!

- Нет-нет, я понимаю и не настаиваю, - поспешил я объясниться, - можно было бы договориться, чтобы вы с ним пришли к нам...

- Куда к вам, зачем? Арнольд, пошли! - интеллигентная хозяйка зашагала так решительно, что я еле за ней поспевал. И все же надежда моя не угасла.

- Понимаете... наш двор заполонили машины. Ни выйти, ни дышать невозможно. Я даже написал фельетон и его даже напечатали: "Если вы проснулись от того, что в вашей спальне припарковалось авто..."

- Что за бред? Как может машина припарковаться в спальне?! - Арнольдова хозяйка остановилась. - Что за чушь вы несете!

- Совершенно верно - жуткое дело. Причем ничего не помогает. Фельетон тоже не помог. Машины продолжают свирепствовать. Наездов еще нет, но скоро будут...

- И при чем тут мой Арнольд?! - вызывающе подбоченилась дама - и на сей раз она не показалась мне такой интеллигентной. - Объясните наконец: что вы от нас хотите?..

- Вот если бы ваш Арнольдик поднял свою ножку на весь наш дворовой автопарк, - робко предложил я.

- Ну и что?! - наступала на меня хозяйка Арнольда.

- Расход его биологического горючего я оплачу, - старался подделаться я под ее тон. - Он не пострадает...

И тут интеллигентная хозяйка Арнольда произнесла фразу, которая поставила все на свое место. Она изрекла:

- Нельзя привлекать собак к нашим человеческим разборкам! Зарубите это себе на носу, молодой человек!

И она не ушла, а торжественно отплыла от меня, сопровождаемая феноменальным Арнольдом, редчайшим феноменом которого я так и не смог воспользоваться: поднять заднюю лапу на автоцивилизацию!

Я постоял, подумал и решил, что она права. Действительно - нельзя.

II. БЕЛКА

У меня к собакам платоническая любовь, потому как собачьи квартирные условия никогда не позволяли мне завести собаку. Что касается соседской Белочки, то наши отношения сложились не сразу. Поначалу, когда я приходил, она жалась к хозяйским ногам и тихо рычала. Если же я пытался ее погладить, рычание переходило в "гав-гав". Однажды Белочка даже тяпнула меня за палец... Но однажды!

Хозяева Белочки переехали на новую квартиру, и я не был у них довольно долго. И что тут повлияло на белую болонку - не знаю, однако в тот знаменательный день меня встретила не только хазяйка, но и Белочка. И выражала она такую неподдельную радость: визжала, лаяла, крутилась волчком и даже прыгала на задних лапах. Это было очаровательно. Это было незабываемо. Все же как приятно, когда по нам скучают, ждут и любят. Когда нам рады. Люди или собаки.

III. НА ВОЕННОМ СПУСКЕ

Весна. Одесса. Я стою на троллейбусной остановке, что расположена под Воронцовским дворцом, на Военном спуске.

Запах солнца, запах моря, запах цветущих акаций.

Стена, сокрытая плющом,

Не говорит вам ни о чем?..

Вышедший из троллейбуса краснолицый тучный мужчина был явно чем-то рассержен. Он с такой ожесточенностью сжимал в своих огромных ручищах миниатюрную таксу, что, казалось, вот-вот раздавит. Сделав несколько шагов по тротуару, он вдруг резко остановился и повернул обратно. Не обращая внимания на входящих людей, краснолицый, подойдя вплотную к окнам троллейбуса, перевернул таксу вверх тормашками и показал сидящим в троллейбусе пассажирам собачий зад. Видимо, для наглядности он приподнял даже собачий хвостик, помахал им и плотоядно причмокнул губами. Завершив столь блестящую операцию, тучный мужчина удовлетворенно хмыкнул, опустил таксу на землю и с сознанием исполненного долга зашагал по тротуару. Миниатюрная такса послушно семенила следом за ним.

И я подумал: черного кобеля, конечно же, не отмоешь додела. А двуногого?

А одесские запахи продолжали дурманить.

Анатоль ШАХЛИЕВИЧ.

К оглавлению	Вверх	Подшивка