Номер 46 (533) , 17.11.2000

К оглавлению

БОРИС БАРСКИЙ

Анатолий Карпенко-Русый. Я представляю нашего героя: это поэт с большой буквы, это великолепный клоун и актер...

Борис Барский. ...и кроме того, еще автор-исполнитель своих стихотворений, и скромный, обаятельный, красивый, умный, и что еще можно сказать, это я, конечно, Борис Барский!

А.К. Итак, "Маски-шоу" - это коллектив. Ты человек даровитый, и даровитый многообразно. А талант - это личность. Но как только человек говорит: "Мы", он теряет индивидуальность. Как у вас в коллективе с этим вопросом?

Б.Б. Нет, у нас, во-первых, все даровитые и талантливые, у нас не талантливые не держатся, они просто отлетают. А вообще, у нас коллектив, он, как единый организм, как человеческий организм. Есть голова, к примеру, две руки, две ноги, туловище, ну и остальные части тела. Я, как бы, как часть тела. Голова, конечно, у нас Делиев, он гений просто. И Комаров - гений. И Волошин - гений.

А.К. И Барский - гений.

Б.Б. И Барский - гений, и Постоленко - гений, и Малахов - гений, и все - гении.

А.К. Ясно, с талантами у вас - полное собрание. Талант - это инициатива природы, а инициатива, как правило, наказуема. Как у вас в коллективе с инициативой обстоит дело?

Б.Б. Нет, инициатива очень даже поощряется, но в разумных пределах, просто у каждого человека есть внутренний какой-то ценз, и он уже диктует какие-то определенные мерки того, что ты хочешь проявить, хочешь показать. И когда происходит съемка, к примеру, идет по определенному сценарию, но если тебя уже прет, если чувствуешь, что интересно это все, что будет еще лучше, то, конечно, это тормозить нельзя.

А.К. Если ты человек модный, значит, как все. Человек талантливый - это индивидуальность, это человек стильный. А ты - моден или стилен?

Б.Б. Вобще-то, я себе очень много внимания всегда уделял, и как бы внутрь себя заглядывал, но стиль или мода - это наружное что-то, а когда человек заглядывает внутрь, он еще и духовное что-то имеет. Поэтому я вот часто заглядывал туда, к себе внутрь, и даже стихотворения себе посвещал. Я вот прочитаю одно стихотворение, как бы внутреннее, духовное:

Я искренний такой, любвеобильный,Вам не понять, как я себя люблю.Красивый, умный, скромный, ловкий, сильный...Черт побери, о чем я говорю?Мой ум остер, взгляд иронично-тонкий,От искушений меня ангелы хранят,Когда под ноги падают девчонки,С собачьей преданностью глядя на меня...Все, как в романах: ревность, муки страсти,Мечты, фантазии, да что и говорить...Понять ли Вам: какое это счастье -Собою быть любимым и любить!

А.К. Твоя работа - это "смешение" людей, так говорит Жванецкий. Так вот, смешить людей, это трудно или это происходит само собой?

Б.Б. Я думаю, что это не работа, это работой назвать нельзя, просто это как миссия, каждый человек приходит с какой-то определенной целью в эту жизнь. У меня цель - нести разумное, доброе, вечное. У людей сейчас столько проблем, столько всего накапливается. А у меня - это такое счастье... Ты выходишь, а зал еще холодный, неразогретый, ты начинаешь работать, а у людей на лбу написано, в глазах видны проблемы, и вот они на глазах начинают исчезать, эти проблемы. И смотрят на тебя и думают: "Вот, дурак какой". А ты от этого получаешь удовольствие необыкновенное, и плюс тебе еще за это деньги платят. Это просто счастье!

А.К. Звездное признание, от чего оно зависит? От того, что есть талант, или от того, что есть еще второй талант: уметь продать себя.

Б.Б. Многие звезды просто делаются. Есть пустое место, и из него делают "звезду". Я не считаю себя звездой. С одной стороны, я здесь живу, и меня узнают, мне это очень приятно - на улице, на толчке, на Привозе тебе что-то дарят и говорят: "Вот, возьми". Другие люди, наоборот, смотрят и думают: "Ага, с тебя можно в десять раз больше снять денег". Но это тоже какой-то элемент звездности. С другой стороны, к примеру, я прихожу домой, а я такой же обычный человек, как и все, и вот я прихожу поздно, и жена начинает ругаться или мама тырей как надает хорошенько и говорит: "А ну, дыхни! Ты что, водку пил?" А что, звезды водку не пьют? Тоже пьют, конечно...

А.К. А как остаться самим собой, будучи популярным?

Б.Б. Я думаю, что нормальный человек потому и популярен, что он всегда остается самим собой, он этим и интересен. Вообще любая личность интересна тем, что она индивидуальна, потому что он такой - и все, он не подстраивается под общество, под какие-то определенные стереотипы...

А.К. Ты очень скромный человек, это заметно по ходу нашего разговора.

Б.Б. Да, я очень скромный.

А.К. Один человек сказал, что от скромности до безвестности всего шаг! Так вот, ты хотел бы быть нескромным?

Б.Б. Я вообще не хотел бы никем быть. Мне нравится быть таким, какой я есть...

А.К. "Нехай звезденеет наша принцесса, звезду за звездою родит Одесса!" Можно ли "звезденеть" в провинции?

Б.Б. Я не считаю Одессу провинцией, это даже глупо. Во-первых, это родина юмора, значит, уже столица, а во-вторых, любой город делают люди, а Одесса дала столько ярких, талантливых людей, что Москва может позавидовать! И они были, они есть и всегда будут! Так что, ничего не провинция.

А.К. Да, конечно, концентрация юмора здесь велика...

Б.Б. На квадратный метр концентрация талантливых людей?

А.К. Да-да. Это много. Ведь у нас и "Каламбур", и "Маски", и "Джентльмены"...

Б.Б. А сейчас кавээны какие, молодые команды выступают, просто офонареть можно!

А.К. То есть, с юмором у нас - неискоренимо, несмотря на все усилия окружающей среды и даже руководства.

Б.Б. Я думаю, что никаких усилий они не прилагают, чтобы помочь, но, с другой стороны, и не мешают, и слава Богу!

А.К. Как поэт поэту: "Ах, Одесса! Босая царица! Вот я пришел тебе поклониться..." Что за сочетание - "босая царица"?

Б.Б. У нас люди очень добрые и простые, без всяких понтов, искренние. Обычно киевлянин говорит: "Вот, мол, у нас столица". Ну, как этим гордиться, что ты живешь в столице? Это все равно, что гордиться тем, что ты мужчина или гордиться национальностью. А у нас все люди нормальные, любой может подойти и сказать, что посмотрел наше шоу - и не нравится. И потом - это же образное выражение. Это же не значит, что Одесса босиком ходит.

А.К. Значит, не принцесса, а царица?

Б.Б. Царица!..

А.К. Следующий вопрос к тебе, Борис, как к поэту и как к мужчине: любовь - это явление непознаваемое?

Б.Б. Я считаю, что любовь это вообще очень редкое качество, причем присущее только человеку, потому что ни одна животная тварь способностью любить не обладает, они могут размножаться, продолжать свой род, а любить - это чувство только человеческое, причем собака не может любить Родину, к примеру, она бегает вот так, космополитично, а хозяина она любит такой дружеской любовью, потому что сексуальной любви между ними не может быть, а если бывает, то это неправильно! Любовь - это высокое, поэтическое чувство, человек часто забывает об этом. А у меня, наоборот, оно обостренно развито, и мне нравятся женщины. Почему-то когда я красивую женщину вижу, у меня сразу взгляд к ней притягивается, а иногда, когда много красивых женщин, аж глаза болят.

А.К. Какой-то ты традиционный весь. А какой тип женщин нравится тебе больше?

Б.Б. Мне вообще все женщины нравятся, особенно больше всего мне нравятся женщины, которым я нравлюсь, тогда сразу контакт возникает какой-то духовный, как вилка с вилкой, а когда я чувствую, что женщине не нравлюсь, - то, как вилка с ложкой или с половником.

А.К. Что такое все-таки любовь: сексуальное удовлетворение, озарение души и сердца или шутка природы? Если можно, проиллюстрируй.

Б.Б. Любовь я ни к тому, ни к другому, ни к третьему не могу отнести, потому что это от Бога, это что-то божественное. Только в этом чувстве можно вдруг раз замереть, стоять и не знать, что сказать, да, в принципе, не надо ничего говорить...

Я даже тайну открою такую: меня папа учил водить, и я все время спрашивал его: "Ну, как, я уже хорошо вожу машину?" Он мне ответил: "Вот когда ты во время вождения будешь замечать всех хорошеньких девушек вокруг, тогда - хорошо". Я сейчас вожу хорошо. А вобще-то у меня на эту тему есть стихотворение, весной написал:

Я овеян дыханием вечности

И трясусь на краю параличности,

У меня остывают конечности

И еще раздвоение личности.

Как кобель, просто до непрактичности,

Я, задрав гордо хвост, аж вспотел

От открытости и неприличности

Оголенных весной женских тел.

Почему замираю я, пламенный?

Что со мной? Я как будто больной,

Я, как на поле боя, как раненый,

Исхожу, истекая слюной.

Вижу руки, и ноги, и талии,

И опять повторяю вопрос:

Что со мной, у меня аномалии?

Нет, на женщин авитаминоз.

А.К. Отличное стихотворение.

Б.Б. Философское.

А.К. То есть, теперь у тебя высокий класс вождения, и ты наверняка уже замечаешь блондинку, брюнетку или рыжую.

Б.Б. Конечно, я же не дальтоник!

К оглавлению	Вверх	Подшивка