Номер 45 (532) , 10.11.2000

К оглавлению

Нет, напрасно вы говорите, что медицина у нас "не та", что не могут, мол, некоторые врачи не то что вылечить, - диагноз правильно поставить.

Вот как раз диагностика определенного рода достигла кое-где у нас многого - впору служебное расследование проводить, а то и прокурорское.

Сразу пример. Решено было сделать одного человека жертвой тяжкого телесного повреждения, дабы засадить его оппонента в тюрьму (у человека был сильно нос разбит, но до сих пор, правда, неясно, ударил ли его кто, либо сам ударился, оступившись). Стали думать, что под это дело подвести. Что у нас там 101-я статья Уголовного кодекса говорит?

"Повреждение, опасное для жизни"? Нет, это уж чересчур.

"Потеря какого-либо органа, утрата его функций"? Слава Богу, все на месте.

"Душевная болезнь?" Умнейший человек.

"Иное расстройство здоровья, сопряженное со стойкой утратой работоспособности?" Работает напряженно, спортом активно занимается.

Эврика! "Прерывание беременности" подойдет! Беременность-то дело темное, поди разбери, прерывалась она у него и была ли вообще. Стоп! Так он же мужчина... Не годится.

Есть! Кто вам сказал, что мужчину украшают шрамы? Вот оно, родимое: "Неизгладимое обезображение лица"! И не беда, что не видно на носу никаких ужасов, что мужчина попросту красив (это не только моя оценка, передаю мнение видевших его женщин) - взяли и обезобразили его. На служебной бумаге.

...Подполковнику в отставке, участнику боевых действий Кузину сейчас не до конкурсов красоты. У него другая проблема - "бумажная" гипертония, которой отродясь не было и сегодня (тьфу-тьфу) нет.

Несмотря на свои 69 лет Дмитрий Никанорович на печке сидеть не хочет, да и жизнь заставляет: постоянные траты на лечение сына-инвалида II группы очень велики.

Почти десять лет отработал он в Одесском морском торговом порту инспектором охраны. Первоклассно отработал. Это я не эмоциональные оценки раздаю, а факт констатирую, что Кузин - инспектор I класса военизированной службы безопасности.

Наступили перемены, стали омолаживать состав сотрудников. В футболе теперь в таких случах поступают с выгодой: стараются продать игроков в другой клуб. Но куда продать инспектора охраны? И людей стали вытеснять: в основном - "на заслуженный отдых".

Дмитрий Никанорович уходить не спешил, тогда ему стали усердно помогать. ВКК медсанчасти порта признала Кузина не годным к работе инспектором охраны. И через некоторое время Кузин был уволен.

Однако вскоре его пришлось восстанаваливать. Увольнение было проведено с грубейшими нарушениями закона - так, заседание ВКК проводили без участия Кузина.

(Мало того, что сотрудника восстановили. Тем же приказом начальника порта предписывалось произвести денежные удержания из зарплат двух врачей.)

Бумага о восстановлении Кузина была передана и в суд, куда уволенный сотрудник к тому времени обратился. Но фактически суд ввели в заблуждение, так как Кузина к работе по-прежнему не допускали.

Очередная медицинская портовая комиссия вновь признает его негодным к работе, не указывая, впрочем, ни диагноза, ни других законных оснований для этого.

Дмитрий Никанорович молчать не стал, и исследование его организма вышло за пределы портовой медицины.

Ну что прикажете делать с этим Кузиным?

А приказали, очевидно, подвести его под список болезней, при которых работать инспектором охраны нельзя.

69 лет? Выставим ему "гипертонию" - в его-то годы обязательно должна быть. Но попали впросак: одна болезнь у Кузина есть, другая, но вот гипертонии - черт бы ее побрал - нет! И доказательства этому очень веские имеются.

Тогда добавили, что не может, мол, Кузин работать в ночное время и в экстремальных ситуациях.

Какая трогательная забота о человеке! Прямо как в Программе КПСС, которая, помнится, тоже обещала избавить наших людей от ночных смен.

Дмитрий Никанорович Кузин уклоняться от экстремальных ситуаций не хочет. Только бы ему в споре с работодателем гипертонию не подхватить. Здоровья вам, товарищ подполковник!

Борис ШТЕЙНБЕРГ.

Рисунок Алексея КОСТРОМЕНКО. 

К оглавлению	Вверх	Подшивка