Номер 39 (526) , 29.09.2000

К оглавлению

ЗВЕЗДА ОДЕССЫ

Сегодня мы начинаем цикл публикаций, героями которых будут гости телепрограммы "Звезда Одессы". Название говорит само за себя. Итак...

А.К. Музыка - это ноты, звуки. Есть такое выражение: "Положите музыку на ноты". Юрий, что важнее для тебя как исполнителя, исполнителя-импровизатора, что приравнивается к композитору, кто важнее: исполнитель или автор?

Ю.К. Вопрос сложный потому, что это двуединое такое пространство, как плюс и минус, как день и ночь, понятие, вообщем-то, неразрывные, но если в живописи, скульптуре автор является как бы и композитором, и исполнителем и выходит конкретно на контакт со зрителем, сам, один, то в музыке очень часто бывает, что разделяется творчество композитора и исполнителя. Часто авторы - не очень хорошие исполнители и поручают свои произведения более достойным. Хотя есть и исключения. Но в принципе мне кажется, что если уж говорить о важности того или другого, то, пожалуй, композитор важнее. Помнится мне, что двести лет творчество Иоганна Себастьяна Баха было невостребованно исполнителями, однако то, что он создал и что пролежало в тиши каких-то архивов, хуже не стало, "настоялось". Все равно творчество композитора найдет своего исполнителя. Самое лучшее, конечно - гармония гениального автора и великого исполнителя.

А.К. Понятие свободы. "У человека, сбежавшего из тюрьмы, спросили: зачем?" - Он ответил: чтобы жениться! - Хм, странное представление о свободе!" Свобода творчества, что это такое, и насколько ты в ней свободен?

Ю.К. Если ответственно отвечать на этот вопрос, то свободным полностью себя не может назвать ни один человек, живущий на земле, потому что у каждого есть свои табу - и это не только скованность, комплексы, табу - это еще совесть, профессиональная честь, гордость, свои ограничения, которые могут восприниматься как несвобода, а может быть, это высшее проявление свободы, когда человек ограничивает себя сознательно.

Я жил в такой стране, где очень многие вещи были либо запрещены, либо ограничивались в своих проявлениях. В частности, это и джазовая музыка, импровизация.

А.К. Это уже классика: "Сегодня ты играешь джаз, а завтра Родину продашь".

Ю.К. Да, классика. И вместе с тем даже в тех условиях я старался быть свободным. Сейчас, к сожалению, эта свобода, которую мы видим на телеэкране, радио, в литературе и т.д., это не свобода, это вседозволенность. Раньше были худсоветы, которые ограничивали талантливых, но, по крайней мере, не пускали явную бездарь! Теперь, если у тебя есть материальные возможности, то человек без голоса, без чести, без судьбы может совершенно спокойно обманывать огромное количество людей.

А.К. Может ли творческий человек позволять себе некоторые крайности? Ведь творческое напряжение накапливается, нервная система работает усиленно, могут быть срывы, это сказывается на близких. Творческий человек - это комок нервов, прежде всего.

Ю.К. Я считаю, что истинно творческому человеку необходимо взрывать существующее пространство, существующие установки, существующие законы и продвигать таким образом этот вид деятельности в будущее.

А.К. Музыка - это кайф, наркотик. Но наркомания - это болезнь одиночек. Насколько одинок творческий человек?

Ю.К. Сразу скажу: Бог меня избавил от дополнительных наркотиков, от прямых аналогов, потому что музыка для меня является тем наркотическим средством, которое вызывает у меня в крови, в нервной системе реакции, благодаря которым мне не нужны другие. Это естественный наркотик. Ну, каждый человек, который что-то создал в науке, в инженерии, ну, гайку какую-то на заводе прикрутил где надо, что-то сымпровизировал, тут появляется чувство процесса творчества, и в этот момент в организме вырабатывается естественный наркотик.

Что касается одиночества, то, в принципе, каждый творческий человек - одиночка.

А.К. Имя Сальери стало знаменитым благодаря Пушкину, но Сальери был великим - если не музыкантом, то педагогом. Его ученики Бетховен, Шуберт, Лист... Как у тебя с преподаванием? Ведь при твоем опыте и твоем творческом потенциале есть что передать другим.

Ю.К. Во-первых, спасибо тебе за подсказку, я не знал, что Сальери учил таких титанов музыки. А во-вторых, у меня учились очень много учеников и, пожалуй, так или иначе, все, кто играют сейчас джаз или около того, проходили через мои руки. Но в последнее время я прекратил этим заниматься, потому что я в каждом ученике хотел видеть что-то от себя, то есть самое творчество выше каких-то других задач.

А.К. Михаил Светлов: "Человек, имеющий Имя, не нуждается в званиях". И все же. Как ты относишься к званиям "заслуженный", "народный", еще какой?

Ю.К. Я всегда с каким-то благоговейным трепетом относился к людям, которые носили звание "Народный артист СССР". Когда я был маленький, и когда после моего выступления ко мне подошли Михаил Ульянов и Евгений Лебедев, то странно мне вспоминать те свои юношеские чувства, для меня тогда большее значение имело, что это два народных артиста, чем их имена. Немножко был перекос. Слишком у нас культивировалась вот эта иерархия приближенности к чему-то высшему. Хотя действительно: на самом деле шелуха отпадает и остаются не звания, а имена и дела.

Потому что трудно представить заслуженного артиста, например, Шотландии или Германии. Все это условно. Безусловно, для менталитета нашего имеет какое-то значение. Многие артисты в этом ищут некую надежду, когда придет пенсия, какие-то льготы. Когда ты "народный", ты можешь зайти в какой-нибудь кабинет и сказать: "Я народный артист!" Поэтому звание у нас имеет значение для решения творческих проблем, но не задач.

А.К. То есть в борьбе с бюрократией это полезная вещь?

Ю.К. Да, в этом смысле еще срабатывает.

А.К. Звезда - это человек, имеющий популярность. Чем больше популярность, тем больше звезда. У каждого может быть своя звезда. Можно быть лауреатом лестничной площадки.

Ю.К. Или дипломантом Всесоюзной переписи.

А.К. Или настоящая звезда. Что нужно, чтобы звезда появилась в Одессе и осталась здесь жить?

Ю.К. Должна измениться сама Одесса! Одесса трагический город, потому что на протяжении всей нашей истории этот город покидали те, кто составлял его славу, но слава до Одессы не доходила, потому что эти люди уезжали и практически, уже отрываясь от Одессы, они напевали песню про одессита Мишку, но почему-то в Одессу редко приезжали. И не происходило взаимопроникновения поколений. Вот взошла одна звезда, а за ней не пошли талантливые одесситы, которые могли бы тоже стать звездами.

Для того, чтобы отсюда перестали уезжать, мы должны перестать быть провинцией - раз, во-вторых, мы должны оценивать этот труд так, как национальное достояние. Ведь люди бегут не от нашего города. Мы здесь живем и работаем, но нет еще осознания, что каждый человек неповторим. Он уйдет, и мы будем ставить памятники, прославлять, открывать доски. Почему при жизни не славят этих людей в этом городе, почему отношение к творческим людям со стороны высоких должностных лиц и в стране, и у нас до сих пор совершенно не выдерживает никакой критики.

Вот поэтому отсюда будут уезжать, из Украины будут уезжать, из СНГ. Потому что если человек талантлив, он хочет реализоваться, это его право - конституционное и человеческое!

А.К. Что ж, перейдем к более легкой теме. Вопрос тебе как мужчине в цвете лет и выдающемуся музыканту. Какая тональность музыкального настроения соответствует блондинке, брюнетке или рыжей девушке? А есть еще в Одессе мулатки: белые женщины с черным ртом.

Ю.К. Да, у меня есть цветовое ощущение тональностей. Соль-мажор - это солнечное что-то, это рыжая. До - белое, блондинка, си-бимоль - это блюзовая нота, кроме того - клавиша черная, хочешь не хочешь - это брюнетка. Ми-мажор у меня голубой.

А.К. Нетрадиционный.

Ю.К. Да, ми-мажор всегда синий, голубой цвет.

А.К. Я знаю, что ты совершенно традиционный человек, поэтому, что скажешь или споешь, если перед тобой возникнет обнаженная девушка, например, такая, как на картине Боттичелли "Рождение весны?"

Ю.К. "Сердце, тебе не хочется покоя, сердце, как хорошо на свете жить..."

А.К. Любовь, значит, нечаянно нагрянет. И тут вспоминается одна легенда, которая гласит, что в свое время народный артист СССР Леонид Утесов предлагал молодому музыканту Юрию Кузнецову возглавить после него свой оркестр и даже петь его песни.

Ю.К. Да? А я родился уже тогда?

А.К. Я проверял, уже родился.

Ю.К. Ну, может быть. Ведь, как и Утесов, я пою не голосом, а сердцем.

А.К. Конечно, каждый настоящий музыкант поет сердцем прежде всего. А поскольку мы вели разговор с таким именно музыкантом, Юрием Кузнецовым, то мы знаем и верим, что он играет и поет от всего сердца.

К оглавлению	Вверх	Подшивка