К оглавлению

ОДИН ДЕНЬ ИЗ ЖИЗНИ БЕДНОГО ЧЕЛОВЕКА

Рабы Ксанфа отдыхали. Слава мягким нравам на Самосе! Жарко...

Эзоп обедал. Кислое молоко, белое и холодное, сводящее зубы, в кувшине. Он отломал толстыми грязными пальцами кусок черного как земля хлеба - кислый терпкий сухой вкус; крошек было мало, отложив кусок, он подобрал их все и съел. Большой зубчик чеснока, потеряв свое облачение, матовый, слоновой кости, коснулся заскорузлой корки - та заблестела, увлажнилась - запах, жгучий и резкий, слезящий глаза - зубчик, уменьшаясь, исчез... Эзоп съел натертый чесноком кусок хлеба, запил его кислым молоком. Слишком жарко...

Тело под дерюгой, подпоясанной тряпкой, в которую он был одет, чесалось и зудело. Эзоп встал, подошел к смоковнице, в тени которой он сидел, прислонился к ней спиной и стал чесаться лопатками, всей спиной...

Раб Ксанфа Эзоп опять сидел... Пошевелил черными от грязи пальцами правой ноги... левой... Из-за солнца запах был еще сильнее.

Ксанф уехал куда-то еще вчера.

- Чтоб ему сдохнуть!.. Чтобы он не дошел домой... Чтоб... Ком стоял в горле, сжимал его изнутри, а снаружи стискивал горло ошейник раба...

* * *

Море сверкало зелено-золотыми гранями огромного кристалла, мягкие плавные линии обнимали берег, касались его и убегали...

- Ксанф, выпей море!!!

* * *

Ксанф выпил... Потом еще выпил... Много выпил и еще выпил... Ему было плохо - его тошнило... Он вышел во двор и остановился посредине. Его качало, но философ не падал. Маленькая собачка подскочила к нему и зашлась от истерического лая. Ксанф стоял долго, и собачка визжала долго. Они в едином ритме раскачивались, как маятник, а потом философа вывернуло наизнанку на собачку. Та замолчала сразу. Молниеносно. Наступила тишина. Ксанфу стало легче, он вернулся в дом и опять стал пить.

Красное, почти лиловое, вино лилось на лицо, руки... на бывшую белоснежную одежду... Хозяин дома уронил кувшин, тот упал, ударился об пол и разбился. Ксанф выпрямился, икнул и гордо, но с трудом пробурчал:

- Ч-человек... в-все может. - У-у-мм... - живот ответил.

- Как это замечательно, хозяин. Человек все может! В самом деле?

На философа в упор смотрели три одинаковых гостя и ехидно улыбались. Он им всем троим ч-четко... в лоб... ответил...

- Ч-ч-ч-ч... Ч-ч-ч... Гхрм-мм... Ч-челов-век... Я г-ру... все может... сделать...

- Эти трое с-сем обна-лели...

- Ксанф, так человек все может сделать?..

- Эй, вы, двое!.. т-трое... Я г-ру, чеаэк все может сде- ать!..

- Хозяин, а может человек море выпить?

- Запросто... Во... х-чешь? Я выпу?

- Тихо!.. Тихо. Философ, а если не выпьешь, что тогда?

- Сп-рим? На в-все! Споррим? Не выпью - пусть я нищш-щим буду. Ззначччт, чтоб ты зна-ал, чч-а-эк все можжт и звуччт... г-рдо... П-л?..

"Эзоп-фригиец, раб Ксанфа, живущего на Самосе, урод уродом: для работы не гож, брюхо вспученное, голова что котел, курносый, грязный, кожа темная, увечный, косноязычный, руки короткие, на спине горб, губы толстые..."

По таким приметам искала бы меня стража. И что ж тут искать? Можно только находить. Беглый раб из меня никакой... А... Что делает хозяин?.. спорит, что человек может все, а он конкретно может выпить море... отдает кольцо в залог своего имущества... Что делает его жена?.. Смотрит, как и я... Что ты можешь, Ксанф?.. Справься с женой. Что тебе искать моря, когда оно рядом...

* * *

- Слава Ксанфу! Слава философу! Он победил! О, Ксанф!..

- Слава богам! Море осталось прежним!..

- О, человек может все!

* * *

- Ты видишь, хозяин, я спас тебе все твое добро - отпусти меня на волю...

- Молчать!.. Молчать, раб!

Ржавчина с ошейника просыпалась на волосы груди коричневыми пятнышками. Вздох заставил их пошевелиться, потом они замерли все, как у клопов.

* * *

Как хорошо быть рабом... В самом деле... Чем рискует раб, теряя своего хозяина? Ничем. Он остается рабом. Хозяин же, потеряв раба, перестанет быть хозяином. Насколько спокойнее участь раба!

* * *

Эзоп отдыхал. Ксанф уехал. Он сидел, привалившись к стволу смоковницы, и представлял себе, как Ксанф пьет море, заливается им и не может выпить... Потом он представил, что бы он сделал с философом, если бы тот был рабом... Мысль показалась ему любопытной и даже соблазнительной... Ксанф, выпей море...

* * *

Охотничья собака поймала зайца и то его кусала, то его лизала в губы. Измученный заяц сказал: "Любезная, уж ты или не кусайся, или не целуйся, чтоб я знал, враг ты или друг". Ах, как все было бы просто!.. Если б я был собакой, то в этом была бы вся прелесть: - Раб, дать тебе свободу? Раб, а ты - раб.

* * *

- Эзоп, где же у тебя хвост?

Он поднял голову; перед ним скакала, подпрыгивала, кричала жена хозяина...

- А! А!.. Так где у тебя хвост?!

Ксанф уехал... Сразу две обезьяны дома... Сами... Без присмотра.

- Совсем не там, где ты думаешь: ты думаешь, он сзади, а он - спереди.

Белая нежная кожа. Полупрозрачная ткань на солнце... Выпить хотя бы глоток... пусть морской воды... соленой... горькой... воды...

* * *

Один скряга обратил все имущество в деньги, купил слиток золота, закопал его под стеною и каждый день приходил туда посмотреть на него. Поблизости работали люди: один из них приметил это все, догадался, в чем дело и, когда скряга был в отлучке, украл золото. Вернулся хозяин, узнал о пропаже и стал рвать на себе волосы. Что горевать, когда можно взять камень, положить на то же место и мечтать, что это золото. Ведь когда и лежало золото, он все равно не пользовался им.

* * *

- Эзопчик! Эзопчик, что это у тебя торчит? Вот это?!..

Ксанф уехал... А даже он и есть... От земли идет па-ар... Это из-за меня... Я красива... Красива!.. Меня хотят любить... Я любима...

- Эзоп, что это у тебя?.. Что... Дай, я...

* * *

Я с ума сошел... Меня убьют... Меня замучают... Послушай, послушай...

- Что ты делаешь... Что т-т-ты дела...

* * *

Что она творит своим языком и губами... Я о таком и не слышал... Что будет со мной?.. Ну, подумаешь, она... О-оо... Я отвлекусь... и он тоже... И она уйдет-т-т...

* * *

Увидел волк, как пастухи в своей палатке закусывают овечкой. подошел поближе и сказал: "А какой бы вы подняли шум, будь на вашем месте я!"

* * *

Зачем я держу ее за уши?.. Я сошел с ума! Я сошел с ума!..

* * *

- По... Тьфу!.. Послушай, ты - как неживой, если ты меня удовольствуешь, как следует, получишь плащ, раб.

* * *

- Как следует, ты понял?..

* * *

Конечно, как следует... Конечно... Как следует... как следует... как сле-ду-е-е-е...

* * *

- Эзопик... Эзо-пик! Пик-чик! Этого мало. Я же тебе говорю: как следует.

* * *

Какой счастливый Ксанф!.. Какой везучий Ксанф... Какой какой-то Ксанф...

* * *

- Птичка, ну, ты же хочешь получить плащ?.. хочешь? хочешь? скажи, хочешь?..

* * *

Ксанф, выпей море... Ксанф!.. Сам выпей море...

* * *

Эзоп махнул рукой, и брызги пота полетели вокруг. Он был мокрый весь. Рядом лежала голая мокрая женщина с закрытыми глазами. Земля под ними была вспахана. Сначала он почувствовал ее руку, а потом услышал:

- Ты какой-то непонятливый!.. Ничего не получишь. Ты понял? Давай, давай.

Ему опять было приятно, но он пробурчал:

- Хозяйка, больше не могу!

- Но это была неправда, и она это знала, и знала все лучше и лучше, а он вдруг понял, что это месть... месть... его владелица... часть его собственника... его собственник...

Он положил ее на живот, взобрался сверху - все это под ее разговоры: "Давай, раб, давай, а то не будет плаща, давай..." Вдруг она прекратила урчать и издала дикий вопль. Потом завизжала:

- Не туда! Не туда! Прекрати!

* * *

Туда - не туда, туда - не туда - какая разница, Ксанф! Какая разница?..

* * *

Давай... Давай... Давай...

* * *

Он соскользнул с хозяйки и еще в воздухе, паря, хотя в глазах было темно, задыхаясь, прохрипел:

- Давай плащ, не то пожалуюсь хозяину!

* * *

Один человек увидел раба, давно от него убежавшего, и погнался за ним. Тот спрятался на мельнице. Хозяин сказал: "Где же, как не здесь, мне приятнее всего видеть тебя, беглый раб?"

* * *

Женщина сыто посмотрела на своего раба и сказала: - О чем ты говоришь? Я тебя позвала мое поле вспахать, а ты за межу заехал и на соседнее попал! Давай еще раз и получай плащ!.. О, вот и Ксанф едет!..

* * *

Ягненок пил воду в владениях волка. Волк осторожно спросил у него, почему он пьет не принадлежавшую ему воду. Наглый ягненок обругал волка, при этом попытавшись напасть на него. Несчастный волк, задрожав от испуга, трясущейся лапой судорожным движением зацепил разбойника, и тот почему- то умер.

* * *

Эзоп вздохнул, жажда посильнее неволи, и сказал:

- Рассуди меня, хозяин, с твоей хозяйкой.

- В чем дело? - удивился тот.

- Слушай, хозяин, пошли мы с твоей женой в сад, и увидела она яблоню всю в яблоках. Захотелось ей яблок. Тогда она мне говорит: "Брось палку, если стряхнешь яблоки, я тебе плащ подарю". Я бросил палку, стряхнул яблоки, но одно из них в навоз упало. А теперь она не хочет мне плащ давать.

Хозяйка прижалась к мужу бедром, левой рукой сзади нащупала Эзопа и промурлыкала: "Конечно. То, что в навозе, не в счет. Пусть еще раз бросит палку и еще стряхнет яблоко, тогда дам ему плащ".

* * *

Эзоп, выпей море...

* * *

- Так яблоко еще не созрело!

- Ты не рассуждай, а бросай палку!

Ксанф смотрел на кричавших жену и раба и сам заорал что есть мочи:

- Я - голодный! Иди, Эзоп, на рынок! Быстро! Купи поесть!.. Потом стряхнешь то яблоко и отдашь хозяйке.

- Непременно, муженек, только ты сам не тряси, пускай Эзоп стряхнет, а я тогда и отдам ему плащ.

Было легко и кружилась голова. Нещадно палило солнце. Раб шел на рынок и сочинял басню: "Обезьяна бросала палку в яблоню в надежде добыть яблоки. Но когда она это делала - промахнулась, и палка, падая, попала ей в голову и убила"...

* * *

Эзоп, выпей море...

* * *

Застывший урод... Красное солнце... Мертвая луна... Танцующий Ксанф... Румяное налитое яблочко катится по черной вспаханной земле...

* * *

Это - философия, Эзоп... Это - философия. Что делает хозяин?.. Ищет себе хозяина. Кто такой раб?.. А, он уже нашел хозяина. Куда он радостно бежит? По приказу хозяина. Что делает он? Пьет за того море.

* * *

Свободный человек смотрел на обезьяну за решеткой, которая строила ему рожи, вспомнил про налоги, заплакал и сказал: "А мне рассказывают басни, что я свободен..."

* * *

День закончился. Все рабы в доме спали. Сегодня Эзопу ошейник практически не мешал храпеть.

Краткие пояснения

Образ Эзопа сложился из облика и повадок Спартака, воевавшего в кавалерии в римско-фракийскую войну (но никогда не сидевшего) и из общего опыта рабов. Остальные герои - все взяты из свободной жизни, с их подлинными биографиями.

К оглавлению	Вверх	Подшивка